Схватки у Кристины начались ночью. Виктор отвез ее в роддом, но домой не уехал. Сидел в приемном покое на стульчике, ждал, волновался. И ругал себя последними словами: надо было помягче быть, она ж сама еще ребенок… Ей страшно, это понятно. Еще и на мысли крамольной себя поймал: никогда он так не волновался за Маргариту, ни разу! Хотя отвозил бывшую жену в роддом три раза. Выходит, и впрямь не очень ее любил? А Кристина для него – это уже другое. Хоть она и веревки из него вьет. И может, не любит… А он… Он просто с ума от любви сходит, как мальчишка! И от того, что сын у него скоро родится, сердце так и трепещет! Хотя если, опять же, вспомнить… Такого трепета точно не было, когда первый сын родился. Даже стыдно это осознавать, но что делать, если все именно так.
Наверное, со стороны он очень смешно выглядит. Как приговоренный к этому трепету. Или как недавно его мать сказала: «Ну и вляпался же ты, сынок… По самые уши вляпался. Сам себя наказал. И не раз еще пожалеешь об этом…»
Да, все так. Может, и пожалеет. Но сейчас… Сейчас-то все что угодно может отдать, чтобы с его девочкой ничего страшного не случилось! Она так боялась, бедняжка! А вдруг что-то… Не дай бог!
И в сотый раз подходил к столику дежурной и спрашивал, есть ли новости, пока она не погнала его сердито:
– Шли бы вы уже домой, мужчина, смотреть на вас больно! Вы чего так волнуетесь? Просто лица на вас нет! Она вам кто? Дочка, что ли? Так лучше бы за ней смотрели тогда, чтобы в подоле не принесла!
– Да вы… Да как вы смеете… Да я сейчас все ваше заведение разнесу к чертовой матери!
– Ага, давайте… Вместе с дочкой и разнесите… И с приплодом заодно… Чего так рассердились-то, а? Или я обидела вас чем?
– Да! Обидели!
– А… Я поняла, кажется. Это не дочка рожает, да? Жена, что ли? Ладно, остыньте… Сейчас сама в родовую поднимусь, узнаю…
Вернулась дежурная быстро, сообщила ему деловито:
– Как раз только-только и разрешилась… Сын у вас, поздравляю. Крепенький такой, здоровенький. Вес – три пятьсот, рост пятьдесят пять. Можете идти праздновать, вон утро уже. Идите, идите, примелькались уже тут… Вас много таких, а я одна в ночную смену…
Виктор кивнул, зачем-то схватил у женщины руку, встряхнул сильно. Похлопал себя по карманам, нашел пару тысячных бумажек, протянул ей. Та оглянулась воровато и взяла, и они тут же исчезли, будто и не было.
Потом шел к машине, как пьяный. Сел за руль и понял: не может ехать, сил нет. Надо посидеть немного, пусть радостное потрясение уляжется, сердце успокоится, душа встанет на место. Все хорошо, все хорошо… Сын у него родился! От любимой! Вот счастье!
Счастья было так много, что понял: надо его разделить с кем-то. Матери звонить бесполезно – не поймет… Еще скажет что-нибудь обидное – мол, мне внуков от твоего первого брака вполне хватает. А вот родителям Кристины надо обязательно позвонить, они точно его радость разделят! И лучше матери позвонить… Отец как-то не очень к нему расположен, странный такой мужик.
Нашел в телефоне нужный номер, кликнул. Тут же услышал тревожный голос Любови Сергеевны:
– Что случилось, Виктор? Что-то с Кристиной? Да говори уже, не молчи…
– А я не молчу, Любовь Сергеевна! Я вас поздравляю! Я вас очень даже сильно поздравляю, потому что у вас внук родился! Крепкий, здоровый! Вес – три пятьсот! Так что скоро праздновать это событие будем! Вот заберу Кристиночку из роддома – и пожалуйте все к нам домой… Тем более вы у нас так ни разу и не были! Теперь уж не отвертитесь, закатим пир горой!
– Ой, Витя, спасибо тебе за такие новости… Спасибо… Пойду своих обрадую, пока на работу не ушли! Спасибо… А прийти-то к ней можно? Или не пустят?
– Не, не пустят. Там карантин. Только если в окно ее можно будет увидеть. И внука в окно покажет – я отдельную палату оплатил, чтобы Кристина вместе с сыном сразу была… Палата хорошая, комфортная. И нянечка отдельная при ней все время будет. Вы на этот счет не беспокойтесь. Я все оплатил…
– Хорошо, хорошо, Вить… Спасибо… Я сегодня же приду… А у какого окошка Кристиночку кликать?
– Второй этаж, третье окно слева. Но лучше завтра приходите, сегодня она вряд ли встать сможет…
– Да, я поняла… Мы и сегодня, и завтра придем… И я, и Гриша… И Наташа с Сашей…
Любовь Сергеевна уже видела, что родные окружили ее, ждут конца разговора. И, отключившись, проговорила торжественно:
– Да, да! Кристиночка родила только что! Хороший мальчик, вес – три пятьсот! Наверное, ее в палату уже перевели… Я сегодня схожу и узнаю… Кликну ее в окошко. Может, подойдет?
– Ой, и я бы пошла, но сегодня никак… – огорченно проговорила Наташа. – Сегодня я весь день работаю, с утра до вечера, сменщицу подменяю. Завтра только смогу…
– Да как это – сменщицу подменяешь? Не стыдно ей, сменщице-то? Тяжело ведь тебе при детях весь день!
– Мне не тяжело, мам. Мне в радость. Ты же знаешь.
– Да уж знаю, что с тобой сделаешь… – вздохнула Любовь Сергеевна. – Ты в этом смысле шибко уж добросовестная, таких сейчас и днем с огнем не сыскать. Ладно, завтра вместе с Сашей пойдете… Тем более завтра уже суббота, выходной, стало быть.
