– Так что же, они малыша смесью кормят? Такого маленького? – в ужасе спросила Наташа.
– Да нет… Витя подсуетился, где-то нашел женщину, у которой молока много. Витин водитель привозит ее в дом, потом обратно увозит. Молодец, чего уж… Старается мужик, из штанов выпрыгивает… Но все равно ведь нервы-то у него не купленные, правда? Еще и непонятно ему – как же так, почему… Говорит, его первая жена тоже совсем молоденькой первого ребеночка родила, еще и девятнадцати не исполнилось, но матерью была сумасшедшей, с рук первенца не спускала! Вот ему и странно, почему с Кристиной все не так…
– Ну так и жил бы со своей первой и радовался потихоньку! – развел в стороны ладони Григорий Иванович. – А то ишь… Обратно молоденькую захотел! Видать, он тот еще ходок по молоденьким! Да только ошибся малость – новая молодуха с норовом оказалась. И поделом ему! Видели очи, шо куповалы! Пусть терпит, сам того захотел!
– Да что попусту рассуждать, Гриш? Лучше скажи – что мне делать? Как мне с Кристиной говорить, а? Я ж Виктору обещала…
– Если обещала, так и поговори… И не надо туда ходить, лучше позвони.
– Так я звоню, она сразу сбрасывает…
– Да, и мои звонки тоже сбрасывает… – задумчиво подтвердила Наташа. – Придется мне все же пойти к ней…
– А может, Саша один сходит? – вдруг предложил Григорий Иванович. – А что? Может, нас ни в грош не ставит, так хоть его послушает, а?
– Да ну тебя, Гриш! – недовольно махнула рукой Любовь Сергеевна. – Я ж сказала уже, нечего сюда Сашу впутывать! У него своей заботы хватает – вон Наташа вот-вот родит!
За разговором они не услышали, как в дом вошел Саша, заглянул в кухонный проем:
– Добрый вечер… О чем это вы, не понял? Куда мне надо сходить?
Все развернулись к нему, не зная, что ответить. И в этот момент Наташа прошептала испуганно, схватившись за живот:
– Ой, мамочки… Больно… Кажется, началось…
– Как – началось? – резво подскочила со стула Любовь Сергеевна и сильно тряхнула за плечо Григория Ивановича: – Что ты сидишь, не слышишь, что ли? Началось!
Саша тоже испугался: стоял столбом, смотрел на жену. Уж сколько готовился, сколько ждал – а все равно испугался.
А потом все забегали разом, засуетились бестолково.
– Надо скорую вызывать, быстрее! – командовала Любовь Сергеевна, хватаясь за телефон.
– Да ну, когда она еще приедет, твоя скорая! Не дождешься ее! – сердился Григорий Иванович. – Сашка, беги к соседу, к Валере, пусть машину заводит, он мне обещал Наташку в роддом везти, если что! Эх, моя ласточка старенькая не на ходу, вчера поломалась, зараза… Ладно, не беги, я ему сейчас позвоню – так быстрее будет!
Сосед Валера отозвался сразу, и вскоре его добротный джип остановился у ворот, принял в свое нутро Сашу с Наташей. Машина отъехала и скрылась за поворотом, а Любовь Сергеевна и Григорий Иванович долго еще стояли посреди дороги, не в силах сдвинуться с места.
– Надо было мне с ними поехать, чего сплоховала-то… – тихо произнесла Любовь Сергеевна и вздохнула. – Вдруг Саша один не управится…
– Чего он не управится-то? Не ему же рожать… Не нагнетай, Любаша, все хорошо будет. Не нагнетай! Пойдем домой…
Дома обнаружили, что Саша впопыхах сборов забыл телефон. Расстроились оба.
– И как мы теперь узнаем чего? А вдруг не доедут? Или машина по дороге сломается? – причитала Любовь Сергеевна.
– Да чего она вдруг сломается? Это же джип! Вот если бы на моей ласточке в роддом рванули… Всякое бы могло быть… Да я чуть позже Валере позвоню, узнаю, как он их довез, не переживай!
Спустя время Валера сам позвонил – отчитался по всем статьям. Наташу приняли, все хорошо. Саша обратно с ним не поехал – остался в приемном покое ждать. Как Валера его ни уговаривал домой ехать – все равно не уговорил. Еще и посмеялся – повезло вам, мол, с зятем, шибко уж за Наташку переживательный! Аж трясется весь от нервного напряжения! Повезло, добрый мужик… Теперь новостей от него ждите.
Дежурная в роддоме тоже уговаривала Сашу идти домой. Теми самыми фразами уговаривала, которые произносила бог весть сколько раз нервным мужьям рожениц. Даже сама над собой иногда подсмеивалась: насобачилась уже, даже интонация голоса не меняется. Но в этот раз мужик оказался особенно нервным. Вопросов не задавал, не суетился, сидел на стуле, уставившись в одну точку. Испугалась даже – как бы в обморок не грохнулся. Вон бледный какой! Видать, шибко боится… И потому обратилась к нему предельно ласково:
– Да уж не переживайте вы так… Все будет хорошо, поверьте. Я это сразу увидела, как глянула на вашу роженицу. У меня глаз-алмаз, не первый год тут сижу. Родит так, будто из пушки ядрышко вылетит! А вы бы лучше домой шли, а? Уж ночь на дворе… А утром проснетесь и позвоните…
– Нет, я не уйду. Я здесь останусь. Не гоните меня, пожалуйста.
– Да я не гоню… Только зачем зря сидеть-то? Она ж от этого быстрее не родит, правда? А вы тут нервничаете, здоровье себе портите. Оно ведь еще вам пригодится, здоровье-то! Отцом скоро будете! Вы первый раз рожаете, что ль?
– Да. Первый.
