– У нас тут Урман есть. Лес то есть. Там всякое бывает, без нужды туда никто не суётся. А мне как-то пришлось пойти, и нашла там я мальчонку лет двух-трёх. Замёрзшего, голодного. По-нашему ни гу-гу, откуда взялся, объяснить не может. Водила я его и туда и сюда, да так он у меня и остался. А вещи, что при нём были, я в сундучок спрятала. Кто же, кроме Руха, знает, где его родители…
Густа бережно достала из сундучка крохотную серую рубашечку и чёрные тапочки. Такие где угодно можно встретить, хоть в Мышенорино, хоть у длинношеев.
– А сам он искал родных? – спросила Густа.
– А то ж! Сначала с разными путешественниками да скитальцами разговаривал, выведывал у них про разные слои, потом в междумирники подался… Всё хотел ниточку какую разыскать. Да куда уж, иголку в стоге сена не сыщешь. Коли хочешь помочь, девушка, сдаётся мне, к Командору идти надо. Ты переведи дух-то, а потом и иди. У меня ведь, окромя Нилушки, никого и нет. Куда я без него?
Густа с наслаждением помылась в старенькой ванной с дребезжащими трубами и большим окном, занавешенным куском цветастого ситца. Всё вокруг было уставлено горшками с цветами, поэтому казалось, что душ принимаешь в теплице.
Девушка порадовалась, что захватила старый спортивный костюм (бабушка Нилая забрала джинсы на стирку). Натянув его, на удачу спрятала в карман Лушу. Густа с удовольствием отдохнула бы ещё, но необходимо было как можно скорее связаться с мамой. И тревога за Нилая росла.
– Тут недалеко, милочка, – объяснила бабушка, – всё время налево, а потом, у большого фонтана, в пятый проулок справа. Ни за что не ошибёшься. А мне уходить нельзя: вдруг он проснётся?
Густа посмотрела на Нилая.
– Потерпи немного. Я быстро, – шепнула она и вышла за порог.
Чикташ обнял девушку мятным, приятным воздухом и синевой крыш и стен. Мимо прошли ровесницы Густы, с любопытством оглядели её костюм и, хихикая, скрылись за углом. Густа пожала плечами. Она сюда не модничать приехала. Что там говорила бабушка? Налево, налево и ещё раз налево.
Густа никогда прежде не покидала Синих Топей дольше, чем на два дня, и не думала, что почти незнакомый город может показаться если не близким другом, то хорошим приятелем. Здесь никто ни с кем не воюет, интуитивно поняла Густа. И жителям есть за что бороться сообща.
К своему удивлению, она не заплутала. Большой фонтан, где группка каменных мальчишек дула в дудочки, из которых вырывались струйки воды, проглядеть было сложно. Дальше считала повороты – первый, второй, третий, четвёртый и пятый. В глубине проулка высилось громоздкое серое здание с массивным крыльцом. На эмблеме сверху красовалась крупная, простреленная навылет спираль. Чуть пониже белел эмалированный конвертик с похожей спиралью. Дорожная и Почтовая Службы Междумирья располагались по одному адресу.
Густа робко вошла в высокие двери и растерялась от весёлого шума и суматохи. Её чуть не сбила с ног толпа смеющихся розовых крокодилов во фраках, следом тяжело прошагал здоровяк в чудовищном полосатом костюме.
– Густа! – По коридору к ней спешила Карла.
Девушка так обрадовалась, что расцеловала жабу и вцепилась в её пеструю блузку.
– Полегче, полегче, – рассмеялась Карла. – А где Нилай? Я бы поздоровалась, пока здесь. Забежала вот поставить подписи.
Улыбка исчезла с приветливой жабьей морды. Карла внимательно выслушала рассказ Густы, заторопилась:
– Я сама проведу тебя. Он не любит разговаривать при посторонних, поэтому у него куча секретарей в фойе, а кабинет отдельно. Идём!
– А как он выглядит? – полюбопытствовала Густа.
– А когда как! – отмахнулась жаба.
Пока они поднимались по лестницам, меняли пролёты и этажи, минуя переходы, арки и мостки, Густа пыталась представить главу Дорожной Службы. Может, это гигантский сом? Или говорящий портфель?
– Срочность степени три, – важно сказала Карла девицам, синхронно стучащим по клавишам печатных машинок, – под мою ответственность. Иди! – Она подтолкнула Густу к расписным полукруглым дверям.
Девушка не без страха вошла в кабинет загадочного Командора.
Просторная комната с распахнутыми окнами была наполнена светом и едва слышно шуршала. Кругом на полках, столах, подоконниках стояли модели кораблей, их паруса шелестели от сквозняка. На стене висела знакомая карта мира в форме луковицы. Рядом на полке сидел похожий на Лушу тряпичный заяц. Девушка хитро ему подмигнула. Слева от двери стоял на массивной ножке здоровый звёздный глобус. Густа не удержалась, крутанула его кончиком пальца, шар завертелся со страшным скрипом, и она отскочила в сторону. Хорошо, что большое кожаное кресло в углу пустовало. Перед ним на столе лежало перо, а чернильница была открыта. Густа решила, что Командор вышел на минутку, и не ошиблась.
Дверь скрипнула, и показался ворох бумаг.
– С дороги! – сказал весёлый окающий голос.
Вошедший свалил всю кипу прямо на пол возле глобуса и повернулся к гостье. «Слава богу, не сом», – подумала Густа и протянула руку в ответ на приветствие Командора.
