Скоро путники оказались в узком земляном проходе, попасть в который можно было только случайно. Хитрая, неприметная тропинка стремилась вниз, терялась в густой траве. Они стали спускаться в недра холмов, узкая полоска тусклого света едва давала разглядеть путь. Трава здесь становилась реже и ниже, и скоро сменилась мхом на серых скалистых стенах. Звуки искажались, чудилось, что следом кто-то идёт.
Лабиринт обступал их медленно, незаметно. Скоро процессия остановилась в каменном коридоре. Высоко поблёскивало первыми звёздами чернильное небо. Юлбарис достал припасённые фонарики. Минут через пятнадцать после начала спуска коридор расширился, а потом разделился надвое. Две луны выкатились на небо и осветили путь холодным синим светом.
– Куда дальше? – нервно спросил Юки.
Юлбарис глухо зарычал.
– А сколько на часах? – испуганно посмотрела на него Густа.
Юканиил подсветил фонариком часы на запястье:
– Без четверти полночь. Ошибёмся с ходом, Наоборотный мир закроется ещё на много лет.
– Всё верно! – раздался за их спинами весёлый юношеский голос.
Густа охнула, отпрыгнула. Друзья встали перед ней. Преследователи плотно стояли в каменном мешке позади них. В чёрных комбинезонах с тулами наперевес. Ни одного знакомого лица. Хорошо это или плохо, Густа ещё не решила.
– Нам нельзя пускать вас дальше и нам нужна только девчонка! – объявил рыжеволосый юноша. – Нам не нужны драки!
– Ага, как же, – угрюмо ответил заяц и громко топнул левой лапой.
Волки вздыбили хвосты. Юлбарис впервые за много лет обнажил клыки. Густа лихорадочно соображала. Что им делать в скалистой ловушке? Чтобы потянуть время, она вглядывалась в дорожников, пытаясь прочитать их эмоции. Подумать только, когда-то этот комбинезон внушал ей спокойствие и безопасность. Но те времена прошли, что с Нилаем, неизвестно. Нилай…
– Что с Нилаем? – спросила Густа, голос её дрогнул.
Юноша замялся. И тут Густа уловила кое-что новое. Она видела это в кино. Преследователь и жертва. Кошка и мышка. Всё как по сценарию. «А что, если кошка и мышка поменяются местами?» – мелькнула спасительная мысль. Нужно сломать сценарий! Сделать хоть что-то из ряда вон выходящее. Сбить с толку тех, кто окружил её и друзей. А что, если… Густа сделала шаг вперёд. Выкинула руку, отставила ногу и… запела. Высоко, с надрывом. Арию Морники, которую ради шутки разучил её класс как-то на уроке музыки.
Дорожники опешили. Друзья Густы наконец отвлеклись от преследователей и уставились на девушку. А та пела. Скоро ей стало так смешно, что она еле сдерживалась, чтобы не расхохотаться. Но голос её дрожал, реплики на испанском заканчивались бульканьем и хриплым хихиканьем. Густа закончила и глубоко поклонилась три раза. Сработало! Атмосфера изменилась, и теперь её можно было обернуть в свою пользу.
А главное, на душе стало легче и Густа смогла представить Лушу, тяжесть и тепло радужного ключа. В сердце толкнулась искра, шепчущая «Выбирай левый ход». Густа наклонилась и тихо сказала Юканиилу на ухо:
– Дальше я одна. Вам нельзя туда. Там ещё опаснее. А этих вы не бойтесь. Они теперь больше вашего боятся, я чувствую.
Густа исчезла в левом коридоре, а Юлбарис торопливо сел в проход и заблокировал его собой.
– Как… это? – потерянно пробормотал юноша, предводитель дорожников. – Куда? Лезьте наверх! Ловите её!
Но куда там! Боевому зайцу давно не давали возможности проявить себя, и сейчас он, дико визжа, с наслаждением ввинтился в толпу ДСМ-щиков и начал рассыпать пинки и удары. Волки не отставали, а Юканиил, оттеснив Юки в угол, пытался поцарапать врагов, если те оказывались на расстоянии вытянутой руки.
Густа скоро перестала слышать шум драки, она торопилась вперёд, опасливо поглядывая на полоску света – проём между скалами на высоте. Лишь бы не перехватили оттуда! Когда в боку начало колоть так, будто туда воткнули булавку, Густа выкатилась на кромку круглой каменной чаши. В середине её светилась дверь.
Рядом сидела кошка с ключом в зубах. При виде Густы она утробно заурчала.
Густа шагнула, но ноги её вязли в воздухе, не слушались. Скалы вокруг озарились светом, у двери в Наоборотный мир появилась инайя. Она величественно плыла, окутанная седыми космами. Кошка прыгнула, подала инайе ключ. Та изящным движением отперла дверь, начала проплывать в дверной проём и…
– Нифига! – выругалась Густа и вырвалась из вязкого плена, подскочила к инайе.
Схватилась за ключ в её руке, но не удержала равновесия и вывалилась в Наоборотный мир, в пустоту и безвременье. Больно ударилась коленками о что-то твёрдое. Дверь, инайя и кот исчезли. Густа подняла голову.
И увидела… Синие Топи.
Гирлянды сиреневых фонариков опутывали дома. В Синих Топях стояла ночь. Густа оказалась на перекрёстке у родного дома. Ошарашенно глядела на знакомые лавки и цветочные горшки на ступеньках. Кругом клубился обычный для городка влажный туман. Из соседского палисадника остро пахло настурциями. Где-то едва слышно крутилась пластинка граммофона.
