Джейми вскочил на ноги, потряс головой и кинулся к окну. Он напрягся, и я, держась за бок, подошла к нему. Из дома вышел Уильям и подошел к мулу. Одет он был в довольно грязную рубаху и штаны, солнце зажигало в его каштановых волосах рыжие искры. Миссис Маккен сказала ему что-то от двери, и Уильям обернулся. Я не издала ни звука, но он все-таки взглянул вверх. И застыл. Джейми тоже замер.
Не изменившись в лице, Уильям повернулся к мулу, сел в седло и уехал. Джейми выдохнул.
— Давай я отведу тебя в постель, саксоночка, — тихо сказал он. — Мне нужно найти Денни и попросить его осмотреть Йена.
Его напоили опиумом, прежде чем заняться раной на плече. Странное зелье. Он уже пил его когда-то, давным-давно, хотя и не знал тогда, как оно называется. Теперь Йен лежал на спине и медленно моргал, приходя в себя и пытаясь понять, где он и что произошло на самом деле. Наверняка бо́льшая часть того, что он сейчас видит, не имеет отношения к реальности.
Боль. Она настоящая, ее можно использовать как якорь. Боль еще не полностью утихла — Йен был в этом уверен, пусть и смутно: после сна, вызванного бурым зельем, мысли текли словно грязный ручей. Сосредоточиться удавалось с трудом, но Йен заставил себя осмотреться в поисках чего-нибудь знакомого.
И сразу же это увидел.
Девушка. Малышка… Черт, как же ее…
— Рэйчел, — прохрипел он. Девушка тут же оставила свое занятие и подошла к нему. Лицо ее было встревоженным и вместе с тем сияло.
— Рэйчел? — неуверенно повторил он.
Она прижала к груди его здоровую руку, вгляделась в лицо и тихо сказала:
— Ты проснулся. Кожа у тебя горячая, значит, жар еще не прошел. Как ты себя чувствуешь?
— Мне лучше оттого, что я вижу тебя, малышка. — Он попытался облизнуть сухие губы. — Здесь есть вода?
Устало вздохнув, она поднесла к его рту чашку. Вкуснее он ничего не пил, и особую прелесть этому придавало то, что Рэйчел поддерживала его голову. Его начало подташнивать. Йен не хотел останавливаться, но Рэйчел убрала чашку.
— Чуть позже дам еще, — пообещала она. — Тебе нельзя пить слишком много или слишком быстро, иначе тебя стошнит. Мы и без того намучились, отмывая тебя от грязи, крови и прочего.
Йен хмыкнул и лег. Он и в самом деле был довольно чистым. Кто-то смыл с него олений жир и краску, а также большую часть крови и пота. Плечо перевязано, от него пахнет чем-то терпким и знакомым, но затуманенное сознание не помнило названия этой травы.
— Это тетушка Клэр перевязала мою руку?
Рэйчел посмотрела на него и нахмурилась.
— Твоя тетя больна. Помнишь, я говорила тебе, что ее ранили — подстрелили в бою?
— Нет. — Йен смутился: он не помнил ни того, что происходило в последние два дня, ни битвы. — Что… С ней все хорошо?
— Денни удалил пулю, а твой дядя Джейми сидит с Клэр. Оба твердо уверены, что она поправится. — Уголки ее губ дрогнули в слабой встревоженной улыбке. Йен постарался улыбнуться в ответ.
— Значит, так и будет. Дядя Джейми очень упрямый. Можно мне еще воды?
В этот раз он пил медленней, а Рэйчел отняла чашку позже. Откуда-то доносилось равномерное звяканье, поначалу Йен принял это за слуховую галлюцинацию, но звук вдруг оборвался, сменившись ругательством.
— Что… где мы? — спросил Йен, ощутив в себе достаточно сил, чтобы еще раз осмотреться.
Они находились в небольшом хлеву. Пахло свежим сеном и теплым коровьим навозом. Однако коровы сейчас здесь не было, а Йен лежал на охапке сена, накрытой одеялом.
— Это место называется Фрихолд, — пояснила Рэйчел. — Сражение произошло неподалеку. Вашингтон и его армия бежали в Инглиштаун, но местные жители дали приют многим раненым. Мы же наслаждаемся гостеприимством кузнеца, джентльмена по фамилии Хьюган.
Кузница, значит. Вот откуда звяканье металла и ругательства. Йен смежил веки — это помогало справиться с тошнотой, однако разные образы из снов все равно представали перед внутренним взором, и он снова открыл глаза. Рэйчел по-прежнему здесь. Хорошо.
— Кто выиграл сражение?
Она пожала плечами.
— Судя по всему, никто. Американцы хвастают, что их не победили. Но и англичане не проиграли. Однако моя забота — ты. И ты поправишься. — Она нежно коснулась его лба. —
— Я должен сказать тебе кое-что, малышка, — Йен не собирался говорить это слово, но оно слетело с губ так привычно, будто он уже много раз произносил его.
— Надеюсь, не в том же духе, что недавно? — Рэйчел остановилась вполоборота к нему и посмотрела обеспокоенно.
— Я что, разговаривал, пока?.. — Он пытался изобразить рукой свое недавнее состояние, но даже здоровая рука была тяжелой, будто свинец.
Прикусив верхнюю губу, Рэйчел пристально смотрела на него.
— Кто такая Гейлис? — резко спросила она. — И что, во имя всего святого, она тебе сделала?
Йен удивленно моргнул, испытывая при этом облегчение. Да, именно это ему привиделось… о боже… Облегчения как не бывало.
— Что я говорил? — встревоженно спросил он.
