Написано кровью моего сердца полностью

— Яйца сплющиваются так, будто на них конь наступил, — улыбаясь, подсказал Арнольд. — Заду тоже нелегко приходится.

— Полагаю, так и есть, — вежливо ответил Хэл.

Лицо его слегка покраснело, но больше он ничем не выказал своей обиды — верный признак того, что их миссия важна для Хэла. Хотя Грей и не нуждался в подобном подтверждении.

Воспоминания его прервал скрежет отодвигаемого засова. Дверь распахнулась, и на пороге возникла домоправительница-повариха с охотничьим ружьем в руках.

— Лорд Джон! — ахнула она, уронив ружье.

— Собственной персоной, — сказал Джон, поднимая ружье и улыбаясь миссис Фигг — по-прежнему массивной, аккуратной и в одежде, украшенной ленточками. — Рад снова видеть вас. Позвольте представить вам моего брата…

— Мы знакомы, — с толикой недовольства заявил Хэл. — Как поживаете, мадам?

— Судя по вашему виду, лучше, чем вы, ваша светлость. — Миссис Фигг сузила глаза. — Впрочем, как я погляжу, вы еще дышите. — Судя по тону, этот факт ей не нравился.

Хэл широко улыбнулся.

— Вы успели закопать столовое серебро?

— Разумеется, — с достоинством ответила та и повернулась к Джону. — Вы пришли за ним, милорд? Я могу прямо сейчас выкопать его.

— Возможно, позже, — сказал Джон и осмотрелся. В перилах наверху не хватало балясины, а стена у лестницы была чем-то испачкана. — А что случилось с люстрой?

Миссис Фигг вздохнула и мрачно покачала головой.

— Это дело рук мастера Уильяма. Как он, милорд?

— К сожалению, не знаю. Я надеялся встретить его здесь… но, похоже, его здесь нет?

Миссис Фигг встревожилась.

— Нет, сэр. Мы не видели его с… э-э… с того дня, как вы сами пропали. — Она окинула его пристальным взглядом, отметив и обрезанные волосы, и заживающие синяки, и невзрачную одежду. Покачав головой, миссис Фигг вздохнула, однако тут же расправила широкие плечи и весело сказала: — Рада видеть вас, милорд! И вас, ваша светлость, — добавила она после короткого раздумья. — Располагайтесь, а я через пару минут принесу вам замечательный чай.

— У вас есть чай? — просветлел лицом Хэл.

— Ящичек с чаем мы закопали в первую очередь, — пояснила миссис Фигг. — Но я только что достала немного для мисс Дотти, так что…

— Дотти здесь?

— Разумеется. — Миссис Фигг с радостью выступила разносчиком добрых вестей. — Я схожу на кухню и позову ее.

Однако это оказалось не нужным — звук открывающейся задней двери оповестил о появлении Дотти. В фартуке у нее лежало что-то округлое. Кабачки — их желто-зеленый поток хлынул на пол, когда Дотти бросилась обнимать отца.

— Папа!

На миг лицо Хэла полностью изменилось, смягчившись, и Грей с удивлением и смятением ощутил, как к глазам подступают слезы. Он отвернулся, моргая, и отошел к буфету. Пусть отец и дочь побудут наедине.

Серебряный чайный сервиз, конечно же, исчез, однако мейсенские фарфоровые тарелочки по-прежнему стояли на узкой полке. Грей тронул позолоченный волнистый край тарелки, чувствуя себя здесь чужим.

«…и место его не будет уже знать его»[108].

— Я так рада, что вы оба живы и оба сейчас здесь!

Дотти обращалась к ним обоим, и Грей с улыбкой повернулся к ней. Щеки ее разрумянились, глаза сияли — и у Грея сжалось сердце от осознания, что ее радость омрачится, как только Хэл расскажет причину их возвращения. Но прежде чем ее постигла эта участь, Дотти перехватила поводья разговора и направила его совершенно в иную сторону.

— Раз уж вы здесь… дядя Джон, можно нам воспользоваться твоим домом? Для свадьбы? Пожалуйста, пожалуйста?!

— Свадьбы? Твоей свадьбы? — Хэл нежно высвободился из объятий дочери и кашлянул.

— Ну разумеется, моей, папа! Не будь таким глупым. — Дотти ласково улыбнулась дяде и кокетливо положила руку ему на рукав. — Можно, дядя Джон? Мы не сможем пожениться в Доме собраний, но для должной свадьбы по законам Друзей нам нужны свидетели. Вряд ли папа захочет, чтобы мы женились в гостинице или таверне. Правда? — Она повернулась к отцу, который напустил на себя прежнюю сдержанность.

— Ну разумеется, дорогая моя племянница, — согласился Грей, осматривая гостиную. — Если я все еще буду владеть этим местом ко дню вашей свадьбы. Когда она состоится и скольких свидетелей нужно будет разместить?

Колеблясь, Дотти постучала ногтем по зубам.

— Точно не знаю. Придут несколько Друзей, которых отлучили от собрания за то, что они, подобно Денни, вступили в Континентальную армию. И еще несколько друзей… друзей с маленькой буквы, не примите это за неуважение к ним, я всего лишь хочу сказать, что они не квакеры, — если они еще в Филадельфии, конечно. И, наверное, семья? — Она искоса глянула на отца.

Джон подавил улыбку. Хэл на миг закрыл глаза и глубоко вздохнул.

— Да, я приду на твою свадьбу, — смиряясь, согласился он. — Генри тоже придет, даже если мне придется притащить его за шиворот. Полагаю, миссис Вудкок тоже нужно пригласить, — без энтузиазма предложил он. — Но, разумеется, Адам… и Бен…