Тем временем наступление пехоты Отта вынудило Ланна перейти к обороне. Его правый фланг, испытывавший недостаток в боеприпасах, поддался, и Ланн, не имевший пушек, почти окруженный, обстреливаемый неприятельской артиллерией, приказал поэшелонно отступать по равнине со скоростью менее мили в час. Этот отход при сохранении строя, осуществленный перед австрийскими пушками, обошелся дорого. Наполеон, у которого в резерве теперь остались лишь дивизия Монье и гвардия, в 11 часов послал отчаянную просьбу Дезе: как можно быстрее возвращаться с дивизией Буде: «Я намеревался атаковать врага, но вместо этого он напал сам. Ради бога, возвращайтесь, если еще можете!» К счастью для Наполеона, Дезе сильно задержала разлившаяся Скривия. В 13 часов он отослал курьера обратно с запиской, чтобы Наполеон ожидал его около 17 часов. Дезе и Буде пришлось остановить дивизию, развернуть ее и вести 8 километров по нестерпимой жаре, ориентируясь на грохот пушек, но в последний момент они все же подошли. Аналогичный приказ Наполеона Лапуап, ушедший гораздо дальше, получил лишь в 18 часов – слишком поздно.
В 14 часов, когда Наполеон и Монье явились на поле боя, положение было крайне серьезным. Французы медленно отходили в центре, их левый фланг был прорван, правому угрожала серьезная опасность{909}. Наполеон знал, что необходимо прикрывать дорогу на Тортону, но не мог сделать это с фронта и отправил резервы на правый фланг. На Ланна можно было положиться: он удерживал линию, которая, если бы возникла нужда, могла превратиться в альтернативный путь отхода. Первостепенную угрозу представлял теперь Отт, которому противостояли всего 600 французов. Чтобы облегчить положение Ланна, Монье направил генерала Клода Карра Сен-Сира с 700 солдатами из 19-й полубригады легкой пехоты в слабо обороняемую австрийцами деревню Кастель-Чериоло. Одновременно 70-я линейная зашла Отту в тыл, а 72-я линейная осталась в резерве. Сначала Отту пришлось отступить в болота у Бормиды, но после часовой перестрелки он отбил Кастель-Чериоло у Сен-Сира.
Итак, это был самый неподходящий момент для Меласа (под которым были убиты две лошади и который сам был слегка контужен в руку) оставить бой, вернуться в Алессандрию, отправить в Вену донесение о своем успехе и приказать заместителю взять командование на себя, занять Сан-Джулиано-Веккьо и поручить кавалерии преследование бегущих французов. Однако поразительным образом именно так он и поступил.
В 15 часов, когда на равнине стала скапливаться австрийская конница, угрожавшая флангу Ланна, Наполеон решил ввести в бой 900 пехотинцев консульской гвардии. Они построились в колонну между Ла-Поджи и Вилланова, распевая: «On va leur percer le flanc» («Мы прорвем их фланг»). Впоследствии говорили, что положение спасла 96-й линейная полубригада, поделившаяся патронами с шедшими мимо гвардейцами. Когда гвардейцев атаковал один из драгунских полков Отта, они построились в каре и отогнали неприятеля с помощью застрельщиков и четырех полковых пушек. Затем на гвардию обрушилась австрийская пехота, с которой французы сорок минут обменивались залпами с дистанции 45–90 метров. В тот день 260 солдат консульской гвардии погибли, примерно столько же было ранено. Гвардейцы трижды отбивали кавалерийские наскоки, но, когда австрийская пехота примкнула штыки и пошла в атаку, французскому каре пришлось с боем вернуться к Ла-Поджи. Подвиг гвардии позволил Монье завершить свои маневры, а это, в свою очередь, позволило перестроиться всей армии. Позднее Наполеон говорил о «гранитной твердыне», которую представляла в тот день консульская гвардия, и вручил 24 награды ее пехотинцам, 18 кавалеристам и 8 артиллеристам.
К 16 часам, когда австрийцы подошли к Сан-Джулиано-Веккьо, гвардия и дивизия Монье отступили. Французы отошли в полном порядке, побатальонно, с боем. Искушение нарушить строй в этих обстоятельствах было сильным, но солдаты выдержали суровую проверку дисциплины, и это оправдалось. День выдался очень жарким, у солдат не было воды и почти не было артиллерийской поддержки, австрийская кавалерия непрерывно атаковала, и в этих условиях некоторые части отошли более чем на 8 километров (с 9:30 примерно до 16 часов), но порядки сохранили.
