– А господин-то с чего её ответственной назначил? Справлялись же как-то без неё все эти годы… – это уже кухарка пробурчала, неистово натирая и без того блестящий чугунок.
– Небось в постели она хороша, – предположила одна из них и мерзко хихикнула, но тут же подняла взгляд, и улыбка на губах истончилась, а потом вовсе растаяла.
Для того, чтобы не покраснеть от последнего предположения, мне пришлось больно ущипнуть себя за ногу, прямо сквозь платье. А потом чинно пройти по кухне и остановиться у сбившейся плотнее стайки сплетниц:
– Кто из вас желает заняться подготовкой к приезду гостей?
Они промолчали, лишь взгляды потупили, при этом из-под ресниц посматривая на меня.
– Если желающие есть, то можно прямо сейчас пойти к лорду Брайену и предложить свою кандидатуру. Я не против.
Чистая правда. Я и не подумаю препятствовать эдакому благородному порыву, снять с моих плеч непосильную ношу. Но, почему-то, никто с места не шелохнулся. И звука не произнёс.
– Что же вы молчите? – собственный голос против воли налился ядом, и мне пришлось глубоко вздохнуть, чтобы продолжить несколько иным тоном. – По вашим словам, вы справлялись все эти годы, так отчего же молчите? Кто был за главную?
Опять тишина. На этот раз она меня не удовлетворила, лишь разозлила.
– Я не упрашивала супруга осчастливить меня столь ответственным заданием, лорд Брайен сам так решил. И если вы хотите с ним поспорить, то я не стану вам мешать.
Спорить с господином никто из них не желал, это было видно по побледневшим лицам, по страху, что отразился в глазах.
Пожалуй, на этом стоит завершить столь неприятную беседу.
Я посмотрела на кухарку и спросила:
– Что со съестными припасами? Покажите мне кладовую.
Женщина хоть и не стала выглядеть дружелюбнее, но, всё же, перестала взглядом молнии метать. Она поставила на стол чугунок, и прошла в сторону неприметной двери.
Кладовая, мягко говоря, воспроизвела на меня неизгладимое впечатление. Продуктов в ней было куда больше, чем в родительском замке, но хранились они в таком пренебрежении, что я не удержалась и скривилась от запаха.
Что-то протухло. И не единожды. И вовремя испорченные продукты тут никто не убирал, судя по затхлому аромату, что пропитал и стены, и толстые деревянные полки, и даже балки у самого потолка. Почему-то я в этом была уверена.
– Кто отвечает за кладовую? – спросила кухарку, и так зная ответ.
Женщина гордо вздёрнула подбородок и ответила:
– Конечно, я!
Демонова бездна, она этим ещё и гордится…
– А вам не кажется, – начала тихо, едва сдерживая раздражение, – что здесь слишком дурно пахнет?
Наша кухарка каждое утро проверяла продукты, и, если вдруг что-то начинало смердеть, сразу же выкидывала, ещё и щепки жгла, чтобы от запаха и следа не осталось. Но здесь… Видимо, следить за служанкой было некому, вот она и распустилась.
– Не кажется, – пренебрежительно отмахнулась женщина, даже плечами пожала, подтверждая свою убеждённость.
Я отвернулась от неё, вдохнула глубоко, пытаясь успокоиться, но куда там! От окутавшего запаха злость только сильнее разгорелась.
– Значит так, – я больше не пыталась быть вежливой и осторожной. – Кухарка ты, может быть, и не плохая, но по части хранения припасов… С этими обязанностями ты явно не справляешься.
Повернулась к женщине и даже не удивилась, что она от возмущения тут же ринулась в бой.
– Да что вы понимаете в хранении продуктов?! – процедила, покрываясь красными пятнами. – Я пять лет тружусь кухаркой, и ещё никто не жаловался.
И не удивительно. После смерти матушки лорда Брайена, я так думаю, следить за кухней стало особо некому, не будет же Ленгро самолично проверять наличие и качество снеди? Чем кухарка и пользовалась, по сей день.
– В хранении продуктов я понимаю многое, как и то, что из-за твоей халатности можно весь замок перетравить.
Неужели она не понимает, что испорченные припасы ничем не уступают яду? Хотя… судя по искреннему негодованию – не понимает.
– Припасы в кладовой перебрать, каждую бутыль и каждый чугунок перепроверить, и чтобы к утру здесь и духа тухлятины не осталось.
Мне хотелось сказать что-то более крепкое, и отнюдь не тихим голосом, но воспитание не позволило. Да и испугалась я собственной злости, отчего-то. Неестественное для меня состояние злиться вот так, – остро и всеобъемлюще.
Кухарка попыталась было возразить, но я только посмотрела на неё, тяжело, и она тут же сникла. Впрочем, никаких словесных подтверждений, что поняла мой приказ, не дала.
Но что-то мне подсказывает, что к вечеру всё будет исполнено. Иначе… Я даже не знаю, что я ей устрою, если кладовая останется в таком же виде.
– Брита! Это же продукты! – пытаясь справиться с искренним негодованием, выдохнула возмущённо, когда мы вышли из замка на двор.
Надо бы отправить охотников за дичью. Куропатки к столу будут очень кстати.
– За ней некому следить, госпожа, – мягко отозвалась девушка, видимо опасаясь, что и ей от меня достанется.
Посмотрела на неё искоса, но ничего не ответила. Лишь удручённо покачала головой.
