Это была именно просьба, тихая, острожная. Она ничем не напоминала грубый приказ. И я чувствовала, что он не причинит мне зла. Во всяком случае, мне так хотелось верить своим чувствам.
Я поднялась и встала рядом с ним.
Высокий… Какой же он высокий! А прежде я на это не обращала никакого внимания.
– Посмотри на меня, – вновь просьба, которую хочется исполнить.
В глазах супруга отблески горящего камина. Завораживающее зрелище… Я бы так и смотрела на вспыхивающие искры, если бы он не попросил:
– Прикоснись ко мне…
Он не сказал ничего предосудительного, но я отшатнулась и опустила взгляд, почувствовав, как кожу обдаёт жаром смущения.
– Ты всё ещё меня боишься, – не вопрос, а утверждение.
Я не сочла нужным подтверждать или опровергать его слова. Осталась стоять, всё так же смотря на пол под ногами.
Я его не боюсь, не в привычном понимании этого слова, просто… Я теряюсь от реакции собственного тела, от того, что мне и без его слов хотелось положить ладони на его грудь и убедиться, что кожа у него и впрямь такая горячая, какой она мне кажется на расстоянии.
Но посмею ли я признаться ему в этом?
– Я… – начала и вновь замолчала.
Как подобрать нужные слова? И ждёт ли он их от меня.
– Это не удивительно, – Брайен отвернулся и прошёл к окну. – И я не осуждаю тебя за это. Только я хочу, чтобы ты знала – в здравом уме я не обижаю женщин. Даже если в них течёт кровь врага.
В здравом уме… Это обнадёживает. Жаль, что он не может пообещать такое за всех обитателей замка, в частности за своего брата.
– Это, – попыталась вновь, и у меня даже получилось закончить фразу, но прозвучала она скорее смешно, чем серьёзно: – Это хорошо.
В дверь постучали. На пороге, пряча испуганный взгляд, стояла Брита. Наш с супругом странный разговор пришлось прервать.
Девушка тенью проскользнула в комнату, дрожащими руками поставила на стол поднос и так же спешно, как зашла, выпорхнула вон.
Мы вновь остались наедине, но то ли страх Бриты был таким заразным, то ли постороннее вмешательство тому виной, только я застыла напряжённой статуей, боясь сделать лишнее движение.
– Почему не ешь? – тихий голос лорда заставил вздрогнуть. И обернуться.
Наверное, если я скажу, что не голодна, то мой ответ будет нелепым. К тому же, бессовестной ложью. Поэтому я лишь тяжело вздохнула и прошла в купальню, чтобы сполоснуть руки и лицо. Да и искупаться в манящей прозрачной воде не мешало бы, но последнее желание я проигнорировала.
Мне, действительно, стоило бы поесть, иначе лишусь чувств от голода.
Когда я вернулась, лорд Брайен сидел на краю кровати и читал толстую книгу в потрёпанном кожаном переплёте. Он был так увлечён, что даже никак не отреагировал на моё появление.
А я посчитала это благословением небес. Не думаю, что под пристальным волнующим меня взглядом, мне бы удалось как следует поесть.
Но стоило мне только взять в руки чашку с горячим ароматным чаем, как мой супруг решил возобновить беседу.
– Ты говорила о том, что даже неразумные существа не будут нападать без причины, – он остановился и дождался, пока я посмотрю на него и кивну, в знак согласия.
– Какая же, по твоему мнению, причина у догейр?
Хорошо, что я и глотка не успела сделать, иначе, уверена, тут же поперхнулась бы.
– Не знаю, – пискнула, будто мышь, потому что голос сорвался против моей воли.
Лорд Брайен посмотрел на меня с неким снисхождением и взмахнув рукой, попросил:
– Знаешь, я бы хотел, чтобы ты говорила то, что думаешь.
Ха! Я бы тоже этого хотела, но разве такое возможно? Когда-то в будущем – может быть, но не сейчас.
Я промолчала. Супруг посмотрел недовольно, отложил книгу, но заговорил вполне дружелюбно:
– Дженис, разве я прошу о невозможном?
Можно сказать и так.
– Нет, – помотала головой, – дело не в этом.
– А в чём? – мужчина прищурился и легко улыбнулся.
Всё же улыбка ему очень идёт.
– Я, действительно, не знаю, почему догейры нападают на вас.
Он закатил глаза к потолку, и я поспешила добавить:
– Но если ты расскажешь мне, с чего всё началось…
Я не договорила. А он и так понял, что я хотела сказать.
– Неужели ты не знаешь? – удивился искренне, отчего я смутилась.
Не знаю. Я очень многого не знаю о происходящем в соседних землях, и теперь пришло время исправить это недоразумение.
– Странно, – тихо пробормотал супруг и громче добавил: – Что ж, мне не сложно рассказать тебе о том, как всё началось.
Лорд Брайн помолчал, при этом он смотрел на меня, но я была уверена, что видит совсем иное, что-то ему одному известное.
– Всё началось после смерти матери, – Ленгро заговорил тихо, и при первых же словах скривился, словно потеря близкого человека до сих пор причиняла ему осязаемую боль. И я его боль понимала, даже больше того – разделяла. – Ночью приехал посыльный из дальних земель и сообщил, что на границе с Пустошью неспокойно. Собственно, там никогда не было мира и тишины, то и дело то скот пропадал, то люди, но в этот раз всё было иначе. Догейры выжгли деревню. Дотла. Не пощадив ни женщин, ни стариков, ни детей. На моей памяти такого никогда не случалось, но как оказалось, это было лишь началом.
