Нет, я догадалась, что кухарка без присмотра распустилась, но всё равно в толк взять не получается, откуда такая халатность. К тому же, если учесть постоянные набеги догейр, их способность оставлять после себя лишь выжженные поля… не понимаю я такого отношения.
С мужчинами оказалось общаться куда проще. То ли дело в том, что они не были подвержены женскому склочничеству, то ли вняли предупреждению лорда, и я, в статусе хозяйки, их ничуть не огорчаю.
Трое молодых парней пообещали привезти столько дичи, сколько смогут найти. А я выдохнула с облегчением и вновь отправилась в замок.
День незаметно клонился к вечеру. Серые длинные тени расползались по каменным дорожкам, укутывали коридоры и высокие стены праздничной залы.
К слову, стены эти были украшены гобеленами, где сражения выглядели одно эпичнее другого. Кровавые ошмётки сверженных врагов под ногами длинноногих скакунов, начищенные до блеска латы лордов, и на сияющей поверхности ни капельки крови. А в глазах ни крохи усталости.
Наверное, эти картины должны вызывать гордость за род, но почему-то гордости и восхищения у меня не было. И дело вовсе не в том, что я не принадлежу роду Ленгро, такие же гобелены в замке Вайнер меня тоже не впечатляли.
– Здесь, в отличие от комнат, нужно будет много слуг, – обвела взглядом залу.
Нужно пыль вытереть, столы расставить, полы начистить.
Работы много, а времени – всего ничего.
– Давайте подождём до завтра? – хитро блеснув глазами, попросила Брита.
– А что завтра изменится? – удивилась вполне искренне.
– Энну многие не любят, а то, что ей досталось от вас за кладовую… – она не договорила, но я и так поняла, что девушка имеет в виду.
– Что ж… Значит подождём до завтра, – согласилась задумчиво. Не очень-то мне верится, что слуги проникнутся ко мне внезапным уважением, но сейчас, действительно, я ничего сделать не могу. Только ждать.
– Надо же, а ты и впрямь всерьёз взялась за подготовку, – не то с удивлением, не с ядовитым пренебрежением произнёс Талим.
Мы с Бритой одновременно оглянулись и увидели младшего Ленгро в дверях залы. Молодой мужчина стоял, прислонившись к массивной створке и изучающе осматривал меня с головы до ног.
– Выйди, – бросил он служанке, даже не взглянув на неё.
Девушка дёрнулась, словно от удара, но осталась стоять на месте, а потом вовсе возразила:
– Господин велел мне всегда сопровождать госпожу.
– Я сказал, выйди, – посмотрел на Бриту, и его лицо скривилось от гримасы злости.
Служанка хотела возразить, даже миниатюрные кулаки сжала, пытаясь выглядеть то ли упрямой, то ли устрашающей, но я тихо попросила её:
– Подожди меня в коридоре.
Я никогда, со времени моего пребывание в замке Ленгро, не оставалась наедине с Талимом. И, откровенно говоря, не собиралась этого делать и впредь, только кто же меня спрашивал?
Девушка нехотя кивнула и направилась к двери, но пока шла, то и дело оглядывалась на меня, будто ждала, что я передумаю. Не передумаю, гордость, чтоб её бездна пожрала, не позволит.
– Вы что-то от меня хотели? – спросила первой, нарушая воцарившуюся тишину.
Молодой мужчина оттолкнулся от створки и направился ко мне. При этом на губах его светилась гаденькая ухмылка.
Как братья могут быть настолько разными? Нет, я и не подумаю назвать лорда Брайена добрым или приятным человеком, но он, всё же, не вызывал во мне таких неприятных чувств. И гадким он тоже не казался, в отличие от Талима.
– Хотел? – как бы непонимающе переспросил он и сделал вид, что задумался. – А, впрочем, почему бы и нет? – спросил, будто сам себя и вновь обратился ко мне: – Что-то да, хочу.
Путаные объяснения, больше похожие на бред больного человека, напугали, но я всеми силами старалась не показать этого страха. С такими людьми, как Талим, стоит держать себя в руках. Об этом шепчет сердце, и кричат чувства.
– Что именно? – не позволила себя запутать.
К тому же сделала вид, что времени на пустые разговоры у меня не так уж и много. Собственно, это было чистой правдой. Вторую половину дня я потратила на борьбу со слугами, обед благополучно пропустила, а вот ужин… С ним разминуться мне бы не хотелось.
– Хочешь казаться смелой? – с непонятным мне удовольствием протянул он, и покивал: – Похвально, похвально, только не думаешь же ты, что я тебе поверил?
Не думаю, но и отвечать на неуместные вопросы не стану.
– Если это всё, что вы собирались узнать, то я, пожалуй, пойду, – сделала шаг вперёд, пытаясь обойти молодого мужчину и избавиться от его душного общества, но Талим и не подумал меня отпустить. Он схватил меня за руку и больно сжал запястье. Медальон лёгким теплом коснулся кожи, но я, испугавшись «помощи» мысленно попросила его не вмешиваться.
– Не так быстро, Вайнер, – притом принадлежность к роду из его уст прозвучала наравне с ругательством. – Мой старший братец умный, конечно, но по части баб уж больно мягковат. А я вот нет. Поэтому ты сейчас расскажешь мне, что задумал твой папенька, и, если попытаешься соврать, я не стану с тобой церемониться.
