— Нет. Ты не должен мне предлагать это. Но Сова будет помнить о приглашении. И, — он сжал губы в узкую полоску. — Если ты услышишь о моей гибели, пусть Зорька найдет возле твоего очага кров и защиту. Мы не знаем, где нас поджидает смерть… Ты можешь пообещать мне?
— Второй раз я слышу странные слова насчет этой девушки… Наш дом всегда открыт и для тебя, и для Ясной Зорьки. Но пусть такой день никогда не наступит! Будь осторожен сам, и береги ее, Сова! Тебе сейчас будет нелегко…
Индеец грустно кивнул:
— Да. Нам придется привыкать жить без нее…
Пепел с костра Сова собрал в небольшой глиняный горшок и, взяв за руку Ясную Зорьку, ушел вместе с ней в лесок неподалеку. Сова не захотел оставаться там, где жил ранее. Он сказал, что будет искать место для жилья восточнее, опять выбирая его возле Каменных Исполинов — так, чтобы иметь возможность уйти от людей Сыча в проход, обнаруженный в скалах. О нем знали только он, Зорька, я и мои девушки. Он обещал прийти в форт позже, как обустроится на новом месте. В тех краях почти не встречалось случайных охотников. Они были слишком близки от Низин, и, слишком далеко — от центральной части прерий. К тому же, после появления Сыча и его людей, свободное передвижение по долине и вовсе стало небезопасным. Отдельные шайки мародеров и убийц постоянно патрулировали по прериям, разыскивая селения, оставшиеся свободными. Оставалось только надеяться на то, что индеец окажется ловчее, не слишком опытных уголовников, и найдет способ обвести их, пробираясь к нам.
В нашем форте все оставалось, по-прежнему. Бен искренне обрадовался, увидев всех, вернувшихся целыми и невредимыми. Не меньше был возбужден и мальчик. Он пытался издавать какие-то звуки, кидался к Салли, привечавшей его более прочих, ласкался к остальным. Стопарь вскинул его на руки и несколько раз подбросил вверх.
— Осторожнее, медведь! Уронишь!
Он аккуратно поставил ребенка на землю и обнял, вышедшую навстречу, Тучу.
— Не уроню, он как пушинка…
Я невольно усмехнулся — по сравнению с громадным, заросшим космами волос и густой бородой, Стопарем, имеющим могучие руки и кривоватые, крепко стоящие на земле ноги, хрупкий мальчик выглядел пигмеем. Конечно, что его вес для этого великана! Мы поужинали мясом убитого по дороге джейра и разбрелись по своим домам, устав от долгого перехода и тяжелых земляных работ. Ната, не проронившая и слезинки за все это время, неожиданно ткнулась мне в плечо. Элина, лежавшая с другой стороны и уже облегчившая себе душу, во время этих дней, молча дотронулась до нее рукой… Так закончилась эта история, потрясшая всех нас своей нелепостью и жестоким исходом. На месте Дины мог оказаться любой из нас. А мы, я и Ната, испытавшие дважды нечто подобное — чувствовали весь ужас ее гибели, как никто другой… И, если потери, имевшие место несколько месяцев назад, не забывшись совсем, слегка притупились, то эта смерть, неожиданная и страшная, опять оставила свежий след в наших душах. Что-то надорвалось, словно лопнула струна, на которой держались наши нервы. Выступили слезы и у меня… Я крепко прижал к себе обеих женщин, решив — их я буду беречь пуще всего на свете!
Прошло несколько дней после возвращения. Я помнил о словах зэков. Но, ничто не указывало на то, что Сыч собирается выполнить свою угрозу. Пока счет шел не в его пользу — на глазах всей банды мы убили уже двоих, да и ранили столько же. Казнь надсмотрщика над женщинами я не считал — до смерти перепуганный третий бандит вряд ли когда рискнет раскрыть рот. Успокоившись, я и сам стал думать, что он решил оставить нас в покое — зачем бандиту лишние жертвы в его окружении? Но я не мог даже представить, каким способом Сыч захочет уравнять шансы…
Ульдэ, временно задержавшись с Зорькой и индейцем, пришла на день позже. Все только обрадовались ее приходу. Северянка могла в одиночку выследить и подстрелить крупное животное, и у меня, благодаря этому, появилось больше свободного времени. Увы, но в роли охотников, ни Стопарь, ни Бугай не годились. Так что подобная поддержка со стороны охотницы пришлась только впору. Бен был занят тем, что укреплял и возводил стены вокруг форта. Я перестал давать ему иные поручения, полагая, что даже скромные оборонительные укрепления могут сослужить нам хорошую службу. Туча, по-прежнему, заведовала припасами. А Ната — лечебными травами, которые собирала всюду, где они ей попадались.
К нам наведался Док. Мы даже удивились, потому что после посещения Черного леса Сычом, никто больше не рисковал нарушать незримую границу, отделявшую людей озера от опального и мятежного лагеря, каковым являлся наш небольшой поселок.
