Как только мальчик оказался в одиночестве, он медленно приблизился к изуродованному макету железной дороги и в отчаянии заломил руки: починить его было совершенно невозможно. Глаза тут же застлала пелена слёз, которые спустя мгновенье хлынули по щекам, обжигая кожу. Чувство беспомощности стало обволакивать его со всех сторон, сковывая, словно невидимые кандалы. «За что он так со мной?! – стучало в висках мальчика. – Что я сделал ему, чтобы он так ненавидел меня?» Ехидная усмешка брата, разумеется, не являлась нерушимым свидетельством того, что макет упал при его непосредственном содействии, однако для Ксанди одной такой усмешки вполне было достаточно, чтобы всё встало на свои места. Он хорошо помнил, как странно улыбался кузен, забросив куклу Шарлотты в лабиринт. Неужели Кристиан пытался отомстить Ксанди за что-либо, сломав его любимую вещь? Не мог же он сотворить такое без причины, ради развлечения?
Пока Ксанди терялся в догадках, в комнату влетела рассерженная Мегги Сью и с самого порога стала отчитывать мальчика в «неподобающем и скверном поведении». И чем дольше она грозилась доложить обо всём его отцу, который будет «ужасно разочарован», узнав, как неосторожно Ксанди обращается с подарками посла Франции, тем сильнее в мальчике крепло совершенно новое для него чувство – ненависть. Оно вонзилось в самое сердце Ксанди и моментально заполнило все его мысли. Он возненавидел Кристиана за ничем не оправданную жестокость и предательство, он возненавидел себя за малодушие и мягкотелость, он возненавидел Мегги Сью за её нежелание хоть раз встать на сторону своего подопечного… Словом, он возненавидел всех и вся. Оковы беспомощности пали перед новоявленной силой ненависти, и в глазах Ксанди заполыхал недобрый огонёк.
Мегги Сью закончила свою тираду тем, что отныне мальчика лишат утренних прогулок, которые заменят дополнительными уроками. Это было неожиданной и обидной для Ксанди новостью, которую он, впрочем, принял достойно, угрюмо кивнув и не проронив ни слова. Но внутри у него всё клокотало. Разбирая завалы изувеченной железной дороги, он пытался придумать хитроумный план мести. Правда, вот незадача: будучи человеком незлобивым по своей натуре, он никак не мог выдумать достойный способ досадить Кристиану. Всё, что ни приходило ему на ум, казалось либо слишком дерзким, либо слишком глупым.
Вечер тянулся невообразимо долго. Мегги Сью, внимательно следившая за выполнением уроков весь последний час, отлучилась по «важному вопросу», наконец оставив Ксанди в одиночестве. Мысли путались, отчего математическую задачу решить никак не удавалось. Мальчик широко зевнул и устало посмотрел в окно, где виднелось тяжёлое сумеречное небо. Внезапно по спине Ксанди пробежал холодок: из-за водоворота событий он совсем позабыл о чёрной тени, замеченной им вчера в аллее! Жуткий человекоподобный силуэт на фоне озера вновь предстал перед глазами Ксанди, заставив его в страхе вжаться в спинку стула. Мальчик вновь и вновь воспроизводил в голове странные плавные движения этого существа, всё более убеждая себя в его потустороннем происхождении. Вдруг почему-то вспомнились недавно подслушанные слова отца: «Надо признать, мы в большой опасности…» А что, если это всё как-то связано?..
Мрачные мысли мальчика спугнул подозрительный шум в гостиной. Ксанди прислушался, но шум прекратился так же внезапно, как и начался. «Мегги Сью?» – произнёс мальчик дрогнувшим голосом, но ответа не последовало. Тогда он аккуратно соскользнул со стула и нерешительно выглянул в соседнюю гостиную, откуда донёсся шум. В гостиной было тихо и пусто, и лишь изредка потрескивал огонь в камине. Ксанди, немного осмелев, огляделся и тут же заметил клочок бумаги, наполовину застрявший под дверью, ведущей в коридор. «Записка!» – с облегчением подумал Ксанди и поспешил развернуть послание. На смятом листе изящными буквами было выведено:
Оказавшись в тёплой столовой, Ксанди жадно набросился на еду. Сегодня в меню были разварной лосось, салат и манный пудинг. Лука ловко расставил перед Ксанди тарелки с едой. Больше всего мальчику полюбился, разумеется, пудинг, однако без джема он казался слегка пресноватым.
Как только часы пробили восемь раз, мальчик распахнул двери столовой и с волнением вышел в коридор, гадая, с кем ему предстоит встретиться. К его изумлению, возле дверей его ожидала Шарлотта в сопровождении нянюшки. Завидев Ксанди, она буднично воскликнула:
– Ваше Высочество! Я направляюсь в библиотеку, не составите ли мне компанию? – И, не дождавшись его ответа, тут же обернулась к своей нянюшке. – Мисс Шлоссер, вы не против?
