Набрал знакомый до автоматизма номер, ни секунды не сомневаясь, что попадет на автоответчик, и улыбнулся, услышав привычное: «Живите долго, процветайте et cetera, et cetera… ну-с, с чем пожаловали?». Вдохнув, как перед прыжком с парашютом, он зачастил: «Привет, это я, Фокс. Со мной все в порядке, честное слово, – по крайней мере, ему самому хотелось в это верить, – просто это… это семейное дело… И я хотел сказать… ну так, на всякий случай, – Фокс замялся, за все полтора столетия его существования ему не приходилось говорить чего-то подобного, и он с удивлением понял, что смущен до косноязычия, – что я… ну… очень… тебя… тебе благодарен! – он застонал от того, насколько нелепо это прозвучало, но сказать то, что вертелось на языке, так и не смог. – И ты береги себя, ладно?» – Фокс поспешно выключил телефон, чувствуя непривычную растерянность. Постоял несколько секунд в молчаливой задумчивости, как никогда похожий на сестру, потом вновь решительно набрал тот же номер. «Да, и еще я хотел сказать, – уже своим обычным тоном начал он, – сцены с рейтингом выше PG-13 в Данкиных фиках пишу я. Ей пуританское воспитание не позволяет. Так что выдумывать я умею не только интриги. Но это было весело, правда? – он хмыкнул. – И познавательно. Виртуальный тест-драйв. Потенциал у тебя неплохой. Алан Мур… ну тот, который придумал «Лигу выдающихся джентльменов», говорил, что ничто так не укрепляет отношения, как совместная работа над созданием порнографии», – и Фокс со смешком отключил телефон.
– Не умру сейчас, потом меня точно убьют… – пробормотал он.
Дана в свою очередь вытащила мобильный, помедлила, глядя на заставку. Поискала имя в телефонной книге.
– Никки? – она улыбнулась. – Да, привет… Читала твою статью в «Американском историческом обозрении»… Коротко, сильно и страшно, как всегда. Слушай, диски я тебе выслала, жди… Конечно, все! Тьма и юмор, ага. И не смей смотреть конец второго сезона без меня!.. То есть, где мы? В школе, где же еще, на время-то посмотри… Саманта? Да, с нами… Мы всегда осторожны… И я тебя. Пока.
– Первый раз слышу, как ты врешь дяде Никки, – осуждающе заметила Саманта.
– Он и так знает слишком много правды, – серьезно ответила Дана. – И незачем рисковать… Никки в подобной ситуации сделал бы то же самое, поверь.
– Это почему?
– Ну, хотя бы потому, что из всех двоюродных правнуков он больше всех похож на меня, – с материнской гордостью заметила Дана. – Без Никки в последние тридцать лет я бы точно свихнулась…
Из-за куста вынырнул Фокс, и девочки вопросительно посмотрели на него.
– Приступаем! – жизнерадостно объявил тот.
– И какие у нас шансы? – обречено спросила Саманта, поднимаясь.
Дана на миг задумалась.
– Восемьдесят четыре к шестнадцати.
– Что мы тут и ляжем, – уверенно сказала Саманта.
– Да, – не стала отрицать та.
– Неужели вы ничего получше придумать не могли? – подобный расклад наследницу Броуди явно не устраивал.
– У-у-у, – Фокс покачал головой. – Дражайшая, ты думаешь, мы бы стали так рисковать, будь у нас выбор? За столько лет чего мы только не пробовали, где не искали… Вон члены ордена Таламаски от нас уже шарахаются, бедняги.
– Да? – не особо удивилась Саманта. – Это религиозное что-то?
– Всего лишь тайная организация с тысячелетней историей, наблюдающая за сверхъестественным… Ну, прототип «X-files» одним словом, – хмыкнул Фокс. – Вампиры и оборотни нас тоже сторонятся…
– Они-то чего?
– Одно время мы предполагали, что переход в иную жизненную форму может нас освободить, – спокойно пояснила Дана. – Не вышло. Мы ведь не люди.
– …А о всякого рода геомантах, хилерах, тибетских мудрецах и экстрасенсах я уж и не говорю, – продолжил Фокс, посыпая камни блестящим порошком. – Да я даже египетскую книгу мертвых прочел! И все ее мировые аналоги. Другого выхода нет, – подвел он резюме и взял сестру за руку. – Начинаем.
Саманта зажмурилась, откуда издалека на нее надвигалось облако темноты, обволакивающей, душной… Первое же прикосновение к этим мрачным щупальцам отозвалось жгучей, невыносимой болью. Она закричала, падая на колени и хватаясь за голову.
– Прекрати!!!
– Что за… Это не я! – Фокс изумленно оглянулся и бросился к ней. – Сэм! Черт, я и сделать-то ничего не успел! Сэм!
Саманта открыто рыдала, прижимая пальцы к вискам, сжавшись в комок от непрекращающейся боли. Фокс обнял ее, растеряно глядя на залитое слезами лицо, редчайший случай – он попросту не знал, что делать. А черная пелена начала накрывать и его.
– Это Эйвен, – глухо сказала Дана. – Эйвен попался.
– Что? – Фокс поднял голову, продолжая держать Саманту за плечи. – Как это могло выйти?!..
– Какая разница? – глаза Даны от боли были почти черными. – Вот теперь у нас точно нет выхода…
Фокс в бешенстве пнул ноутбук.
Шаг пятнадцатый
Звук открывающейся двери прозвучал для Таллиса небесной музыкой. Полдня здесь, в полумраке и полной неподвижности, вместе с предназначенной на заклание жертвой (по-иному он Эйвена уже не воспринимал)… он понял, какая атмосфера в камере смертников.
