Ничто не заставит тебя с головой окунуться в романтику свидания и забыть, что парень, с которым ты проводишь время, один из твоих героев, пока этот названный парень не уронит на свою белую футболку кусочек залитого соусом омара из булки, а потом подберет его пальцем, не замечая, что испачкался. Даже в таком виде для меня он был самым симпатичным парнем. Кроме того, с ним было легко. Мы час с лишним просидели в баре, болтая обо всем – о друзьях, о жизни, о всяких забавных случаях. Словно сто лет знали друг друга.
– Что теперь будешь делать? – спросил Коннер. Удивительно, но я даже не запаниковала.
– Ты не сочтешь это странным, если я скажу, что моя дальновидность не простирается дальше следующей недели?
– Нам ничто не мешает угнать эту яхту, – серьезно произнес он.
– Ну да, – кивнула я, пригубив коктейль. – Мы будем невидимками на стофутовой яхте, и никому из экипажа даже в голову не придет сообщить о нас по радио,
– Так и есть, – согласился он. – Я в этом даже не сомневаюсь. Правда, нам очень скоро нужно будет где-то запастись провизией. А то я дня не могу прожить без черной икры…
Мы оба рассмеялись.
– Над чем ты сейчас работаешь? – полюбопытствовала я.
– В настоящий момент я пишу рассказ, а не проектирую.
– Так ты еще и пишешь?
Он положил в рот последний кусочек омара, прожевал его и проглотил.
– Пока еще я ничего не написал, но этот рассказ будет о дьявольски красивом архитекторе, который сбегает на Британские Виргинские острова и там знакомится с потрясающей загадочной женщиной. Она только что бросила жениха у алтаря, и у него есть всего несколько дней, чтобы убедить ее в необходимости продолжить знакомство, когда они вернутся домой. – Коннер помолчал. – Вот. Ну а ты теперь подскажи, как он помогает ей это делать.
Глупости, конечно. Мы знакомы всего ничего, и будущего у нас нет. Но лестно, черт возьми. Последние годы я жила с ощущением, будто я застряла в стеклянном лифте и не могу из него выбраться, и вот теперь, избавившись от давления Хейза, окончательно порвав с ним отношения, я наконец-то получаю удовольствие от жизни.
– Судя по всему, героиня твоего рассказа – удивительная женщина, – шутливым тоном заключила я. – Умная, непретенциозная, восхитительная, но не зацикленная на собственной внешности.
– Да, да, всё верно, – энергично закивал Коннер.
– А если серьезно, у моей бабушки в Эшвилле есть милый домик. Думаю, какое-то время я поживу там.
– И чем будешь заниматься?
Я пожала плечами.
– Прости, может, я лезу не в свое дело, – сказал Коннер, – но, если ты так любишь архитектуру, то вообще-то могла бы стать архитектором…
– Вообще-то, у меня есть диплом архитектора.
Он наморщил лоб.
– Но если ты больше не хочешь быть архитектором, тогда почему, когда мы встретились, повела себя так, будто увидела Брэдли Купера[17]?
Я почувствовала, как мое лицо заливает краска смущения.
– Было так ужасно?
– Ну…
Коннер пытливо смотрел на меня.
– Экзамен на гослицензию сдала?
Экзамен на получение государственной лицензии архитектора являлся завершающим и наиважнейшим этапом курса обучения. Я покачала головой.
– Но стажировку прошла.
В его лице читалось замешательство.
– Прости. Я зарабатываю тем, что решаю проблемы и свожу воедино отдельные части целого, но в твоем случае у меня ничего не складывается.
Внезапно у меня отпало всякое желание сидеть в этом баре. Я не хотела ничего обсуждать, не хотела говорить о том унизительном дне, который заставил меня отказаться от своей мечты. Но ведь просто взять и убежать, как тогда, я не могла. Я находилась на острове, причем не на том, где располагался мой отель. Посему я была вынуждена оставаться со своим спутником, нравилось мне это или нет.
Я встала, надеясь, что не выгляжу взволнованной, хотя на душе кошки скребли.
– Ну что, давай попробуем еще раз бросить вызов свирепому морю? Бог даст, нас не смоет его безжалостной лапой.
Коннер просто сидел, с любопытством глядя на меня.
– Шучу. Мы от яхты всего в пятидесяти ярдах, – указала я.
– Морские расстояния исчисляются не в ярдах. Когда мы угоним яхту и тебя будут допрашивать, все сразу поймут, что у тебя нет опыта в морском деле.
Я кивнула, радуясь, что он не заметил моей тревоги, что мы снова перешли на шутливую манеру общения. И, пожалуй, больше всего меня утешало, что мы отвлеклись от неприятной темы, портившей мне настроение.
– Полезная информация.
Мы столкнули ялик в воду, мне тут же в лицо полетели брызги, и сразу стало ясно, что зря я сушила свое платье.
– Ладно, – спокойно произнес Коннер. – Ариэль к восьми часам готовит для нас шикарный ужин из пяти блюд.
– Это которая Русалочка?
– Да, – кивнул он. – Неистовое море до сих пор полнится ее голосом, поэтому мы будем играть в шарады и попробуем угадать, что нам подадут к столу.
– Коннер, на ужин я не останусь. Все это здорово, но я должна вернуться в свой отель.
– И сидеть одной в пустом номере?
Жестоко, но на правду не обижаются.
– Да. Не хочу злоупотреблять твоим гостеприимством.
– Ты не можешь вернуться, – продолжал он, – потому что после ужина мы отправимся в «Фокси».
