Настоящее сокровище Вандербильтов полностью

На смертном одре Джордж провозгласил, что Билтмор – это его наследие, их наследие, свидетельство того, что его семья, положившая столько сил на то, чтобы занять свое законное место в кругу американской аристократии, сохраняет за собой высокое положение. И Эдит будет бороться за поместье, чего бы ей это ни стоило.

– Джордж, дорогой, помоги мне, прошу тебя, – произнесла Эдит, открывая дверь деревенской больницы, которая, благодаря красной крыше и каменному фасаду, больше напоминала очаровательный домик в горах, нежели учреждение для больных и раненых. В помещениях было светло, радужно, много воздуха; палаты просторные, так что больные не чувствовали, будто они лежат скученно, в тесноте. Эдит была благодарна, что хотя бы это здание вода пощадила.

Спешившая куда-то медсестра, миссис Хартуэлл, завидев Эдит, остановилась.

– Миссис Вандербильт! – воскликнула она. – Какой приятный сюрприз! – Ее бравурность удивила Эдит, тем более что медсестра держала в руках лоток с окровавленными бинтами и медицинскими инструментами.

– Я глубоко скорблю о мисс Фойстер и мисс Уокер, – сказала Эдит, имея в виду двух женщин – медсестер, работавших в этой больнице. Они несколько часов цеплялись за тот исполинский клен, но потом все равно погибли.

Миссис Хартуэлл печально кивнула и затем шепотом спросила:

– Что-то известно о капитане Лайпе?

Эдит мрачно кивнула, внезапно позабыв, что у нее в сапогах хлюпает вода, хотя еще несколько минут назад это ей доставляло дискомфорт.

– Я пришла навестить мисс Лайп, – ответила она.

Миссис Хартуэлл, поняв все без лишних слов, проводила Эдит в большую палату. Они с Корнелией часто бывали здесь и подолгу проводили время с пациентами – беседовали, вышивали вместе с ними, читали им книги, подбадривали дружеской улыбкой. Эдит сразу нашла глазами Кэтлин Лайп. Та, спокойная, неподвижно лежала на спине. Ее короткие волосы липли к голове, под закрытыми глазами темнели круги. Одному богу известно, что пришлось пережить этой девочке. И ее испытания не закончились: пережитый кошмар она будет вспоминать всю оставшуюся жизнь. В восемнадцать лет она уже не была ребенком, но Эдит подозревала, что даже если б дочь ведущего плотника Билтмора, осуществлявшего надзор над деятельностью квалифицированных рабочих, была маленькой, сегодня она в одночасье бы повзрослела.

Эдит опустилась на табурет у ее койки. Будить девушку она не хотела, но та сама открыла большие круглые глаза и заморгала, возможно, от изумления, увидев, кто сидит возле нее.

– Миссис Вандербильт, – прошептала Кэтлин.

– Тсс, молчи, Кэтлин. Тебе, наверно, трудно говорить. Представляю, как ты настрадалась, бедняжка.

– Папа, – с трудом вымолвила девушка. – Папу нашли?

У Эдит сжалось сердце. Она заявила, что не пожалеет средств на поиски капитана Лайпа, одного из первых работников, нанятых Джорджем. Надеялась, что его найдут живым на каком-нибудь дереве или крыше какого-то дома. Но нет. К несчастью, капитана Лайпа постигла печальная участь, как они того и боялись.

– Папа такой храбрый, миссис Вандербильт, – слабым голосом произнесла Кэтлин. – Он несколько часов помогал мне удерживаться на том дереве. Мы лезли все выше и выше, а вода все пребывала.

Глаза Эдит наполнились слезами, в животе крутило, поднималась тошнота: она думала о тех нечастных, о людях, которые цеплялись за то самое дерево, которое она недавно трогала.

– Спасатели пытались прийти нам на помощь, но не могли до нас добраться. Через какое-то время его руки просто… соскользнули. Последнее, что я помню, это как он сказал: «Вот черт!» Вы видели его, миссис Вандербильт? Как он?

Глаза девушки полнились надеждой. С болью в сердце Эдит взяла забинтованную руку Кэтлин.

– Дорогая, – ласково произнесла она, – боюсь, твой храбрый отважный отец не сумел спастись. – Тело капитана Лайпа нашли в полумиле от ворот поместья Билтмор. От благородного героя осталась лишь одна раздутая безобразная оболочка. Эдит тяжело было сообщать его дочери страшную весть, но она считала, что это ее долг. Лайпы были близкие им люди. Они вместе отмечали рождественские и майские праздники, шили одежду для бедняков, холодными зимними вечерами вели разговоры у камина. Когда зарядили дожди, миссис Лайп вместе с их дочерью-инвалидом и ее пожилой матерью перебралась в более безопасное место, и ей, конечно, было не до того, чтобы тащиться по воде с ужасными известиями в больницу к дочери, догадывалась Эдит. Кэтлин потеряла отца, но, слава богу, у нее остались другие родные.

Девушка заплакала.

– Если б только мы эвакуировались вместе с мамой! – всхлипывала она, и, глядя на Эдит, со всей серьезностью добавила: – Но ведь тогда некому было бы привязать кур к крыльцу.

Эдит знала, что ни крыльца, ни самого их дома, больше не существует. Однако Кэтлин за последнюю неделю понесла достаточно потерь. Известие о разрушенном доме может и подождать.