– Так, так, дорогая, ну-ка рассказывай, – с удивлением в голосе произнесла Эдит, входя в комнату дочери. Она только что вернулась со званого ужина и все еще была в жемчугах и мехах. – Похоже, ты свой вечер провела куда плодотворнее, нежели я.
Щеки Корнелии пылали, лицо сияло. Когда она уезжала на бал, в ее широко распахнутых глазах таилась грусть, а по возвращении она светилась от счастья.
– Мама, – выдохнула девушка. – Кажется, я влюбилась.
– Аут! – крикнула я, поднимая вверх палец. О, теннис. Слава богу, что я продолжала играть в него все эти годы. Невзирая на просьбы Элис и Мередит. Они боялись, что я сломаю ногу, порву связки коленного сустава или получу еще какую-нибудь неприятную травму, типичную для пожилых. В общем, как они ни умоляли, я ни в какую. Правда, согласилась надевать противный бандаж на локоть.
Сегодня утром мы устроили матч смешанных пар, всего один сет. Разыгрывали его довольно долго, поскольку все уже были немолоды. Мы с моим партнером Дэвидом вели со счетом 4–2. Нашими соперниками были Майлз и…
– Что это вас так рассмешило? – спросил Дэвид.
Невысокий, мускулистый, он был чертовски серьезен, но те, кто знал его лучше, утверждали, как я слышала, что Дэвид – большая умница, во всех отношениях приятный человек. Однако сейчас я не стремилась узнать его лучше. Сейчас мне нужна была победа. Азартность всегда была мне присуща, но в пору моей юности это воспринималось как неженское качество, от которого следовало избавиться любой ценой. Теперь же, как женщину нового тысячелетия, дух соперничества наделял меня особым шармом.
– Да так, ничего, – ответила я на вопрос Дэвида, подходя к нему ближе. – Сегодня ваши подачи выше всяких похвал. Еще одна такая красавица и мы поведем пять-два.
Дэвид кивнул.
– Если сумеете послать мяч Линде под закрытую ракетку, она почти наверняка отобьет его мне, ну а я отправлю мяч ей за спину, на заднюю линию.
– Вы – мой самый любимый партнер, – улыбнулся Дэвид. – Большинство здешних женщин приходят на корт, чтобы подцепить кого-нибудь из мужчин. А вы, Барбара, настоящий игрок.
Я снова хмыкнула, но мое лицо омрачилось, когда я услышала, как Линда кокетливо сказала Майлзу:
– Майлз, у вас такие точные изящные удары. Потом дадите мне урок?
Я постаралась сохранить невозмутимость, но Майлз, должно быть, заметил мое возбуждение. Он подмигнул мне, отчего меня пробрала сладостная дрожь, хотя я думала, что подобные ощущения для меня давно остались в прошлом.
– Проигрываешь, приятель, – сказала я, наставив на него свою ракетку.
– Разве? – отвечал он. – Мстишь за свое разгромное поражение в «Холли-Ридж»?
Я весело рассмеялась. В турнире на первенство лагеря, выступая в одиночном разряде, мы с Майлзом встретились в финальном матче. Он разнес меня в пух и прах.
– Подавайте, пожалуйста, – крикнула я Дэвиду. – А то мы уже переходим на личности.
Дэвид, к счастью, был отличным теннисистом. Он положил мяч точно туда, куда я просила. Линда, как и ожидалось, ударом слева отбила его мне прямо на ракетку, ну а я с лета погасила мяч под заднюю линию. Гейм наш.
Начался следующий. Подавала Линда. Она неплохо играла в теннис, но на корте была самым слабым игроком. Я рассчитывала на быструю победу, но весь финальный гейм свелся к тому, чтобы не отбивать мяч на Майлза. Я рискнула и на последнем ударе запустила свечу. Мяч пролетел у Майлза над головой и упал на заднюю линию у него за спиной. Линда не успевала туда добежать. Выглядело это не очень красиво, но цели я достигла.
Мы с Дэвидом стукнулись ракетками, затем подошли к сетке и обменялись рукопожатиями с Майлзом и Линдой.
– Отличная игра, – сказала я им. Они ответили любезностью на любезность.
Я зашла под навес, вытираясь полотенцем. Утренняя духота наконец-то настигла нас. Я провела рукой по своим коротким влажным волосам, жалея, что больше не могу собрать их в хвостики, как делала это в юности. По приближении Майлза я задумчиво произнесла:
– Мне неважно, выиграю я или проиграю, лишь бы быть на корте с тобой.
Он рассмеялся.
– Именно это я сказал тебе, когда выиграл турнир в «Холли-Ридж», да?
– Это было ужасно мило, – кивнула я, – разве что сказано несколько снисходительным тоном.
