Я очень по ней скучала. Мы активно переписывались, но мне не терпелось увидеться с подругой, крепко ее обнять.
По грубой лестнице я спустилась на гладкий бетонный пол. Сквозь сетки на окнах дул теплый ветерок. Вообще погода здесь стояла идеальная – температура около 29 градусов, небо синее до самого горизонта.
Я быстренько ополоснулась в душе, стоя на пластмассовой решетке. От тронутой плесенью шторки исходил неприятный запашок. У меня мурашки по коже бегали от отвращения. Шлепки для душа я с собой не взяла, поскольку не предполагала, что пробуду здесь так долго, посему, как минимум два раза в день я старалась не думать о том, что могу «подцепить» грибок ног. Почистив зубы над маленькой раковиной с ржавчиной вокруг сливного отверстия, я торопливо стянула волосы в «конский хвост», и мой утренний туалет был завершен. Что касается макияжа, это процедура осталась в прежней жизни, когда я не имела столь густого загара и мне не приходилось то и дело нырять в океан.
Дорога до пляжа от домиков, где проживал персонал, занимала втрое больше времени, чем от отеля, но меня это не напрягало. Прогуливаться по райскому острову само по себе приятно, а тут еще и было время подумать. Правда, размышлять приходилось о слишком важных и пугающих вещах, которые мне было страшно воплотить в жизнь. Так что это дополнительное время для размышлений, пожалуй, не было таким уж преимуществом.
Вдали появилось здание с тростниковой крышей – административный центр водных развлечений. Я увидела Трава, помахала ему. Он помахал в ответ, вынося из хранилища паддлборды. Вообще-то это была моя работа, но Трав считал меня неженкой, не подготовленной к физическому труду. Я, скажем так, не стремилась убедить его в обратном.
– Большое спасибо, что вытащил доски, – поблагодарила я, подходя к нему.
Трав закатил глаза.
– Да на тебя дунешь, ты рассыплешься. Не представляю, как ты их поднимешь!
Я молча улыбнулась. Он прекрасно знал, что мне по силам таскать паддлборды.
– У тебя сегодня индивидуальное занятие, – сообщил он.
– То есть группы не будет? – уточнила я.
Он покачал головой.
– Завтра у тебя выходной, так что всё, детка, работа твоя завершена.
– А за индивидуальный урок полагается надбавка? – в шутку поинтересовалась я, ведь работала я без оплаты.
– Хватит, чтобы наполнить до предела твой счет 401k[27], – пошутил он в ответ.
Я удивилась: надо же, знает, что такое счет 401k.
– Когда я уеду, ты будешь по мне скучать? – спросила я.
Трав усмехнулся.
– Острова приманивают нас, когда мы в них нуждаемся, а когда готовы уехать домой, отпускают.
– Я еще не готова уезжать, – буркнула я, надув губы.
– С островами не поспоришь. – Трав заключил в ладонь мой подбородок. – Ты готова гораздо больше, чем думаешь.
Краем глаза я заметила на пристани знакомый силуэт. Не может быть. Я напряглась всем телом. Да нет, это он и есть. Коннер.
– И кто же эта симпатичная инструкторша по йоге? – спросил он, приближаясь к нам.
Трав вопросительно посмотрел на меня, собираясь встать на мою защиту. Я едва заметно ему кивнула. Это был не какой-то там нахальный клиент, которого следовало осадить. Это был великолепный Коннер. Я немного нервничала, ведь мы не виделись две недели.
– Не хочу вспоминать о женихе в твоем номере, но… – начал он, остановившись возле нас. Я чувствовала, что Коннер тоже нервничает, и от этого мне почему-то стало легче.
– Он улетел, – рассмеялась я. – В то утро, когда ты приходил, у нас с ним был прощальный завтрак. Я вообще-то думала, что мы с тобой больше не встретимся.
– Коннер Говард не пасует перед трудностями, – фыркнул он и улыбнулся.
– Ой, только, пожалуйста, не говори о себе в третьем лице. А то меня аж в дрожь бросает. Жуть.
– Будет исполнено, – кивнул он.
Я чувствовала, что мы оба теперь нервничаем меньше.
– Как прошло твое путешествие?
– Нормально, – пожал плечами Коннер. – Интересно. Но не так увлекательно, как с тобой, – нерешительно добавил он.
И я наконец-то расслабилась. Динамика наших прежних отношений была восстановлена.
– У меня тоже. – Немного поразмыслив, я спросила: – Постой. А как ты узнал, что я здесь?
– Мои родители перед отлетом домой провели здесь два дня, – с улыбкой объяснил Коннер. – Мама потом взахлеб рассказывала о некой инструкторше по сап-йоге. Говорила, что она очень симпатичная и планирует окончить архитектурный институт. – Он с деланым недоумением поднял брови.
Я рассмеялась, вспомнив миниатюрную женщину, поразившую меня своим умением сохранять равновесие.
– Так это была твоя мама?
– Она самая. Ты действительно намерена закончить учебу?
– Обожаю делиться своими планами с незнакомыми людьми. Но вообще-то да, я подумываю об этом.
Коннер горделиво улыбнулся.
– Так вот, я решил рискнуть. Прикинул, что, может быть, это все-таки ты, что, может быть, ты не вернулась к своему жениху, что, может быть – а вдруг? – ты все еще здесь.
– Рисковый ты парень, – кивнула я.
– Ради тебя стоило рискнуть, – сказал Коннер, глядя мне в глаза, и помолчав, предложил: – Слушай, а пойдем устроим премьерный завтрак?
– Премьерный завтрак?
