Ещё одна проблема закона заключается в его значительном отставании от происходящих событий. Дело в том, что закон не может возникнуть моментально, по первому желанию любого гражданина. Когда в обществе возникает конфликтный прецедент нового типа, требующий регулировки, он крайне редко сразу же привлекает необходимое внимание властей. Когда возникает множество аналогичных случаев и растёт количество связанных с ними жалоб, это поручают изучить профильному министерству. Там консультанты собирают необходимые данные, аналитики их оценивают, руководители принимают решение, и так возникает законопроект, который ещё должны проверить специалисты министерства юстиции, внести в него необходимые правки и только затем передать в парламент на рассмотрение. При чтении законопроекта часто оказывается, что большинство парламентариев не согласны с отдельными его положениями, и законопроект отдаётся на доработку. После двух-трёх чтений законопроект наконец обретает статус закона. В разных странах эта последовательность может отличаться, в том числе и быть значительно сложнее, но её приблизительная суть всё же такова. Как вы, наверное, догадываетесь, даже при очень благоприятном развитии событий, новый закон может появиться лишь через несколько месяцев после первого возникновения ситуации, требующей регулировки, а иногда это занимает годы и десятилетия.
Но всё это не может сравниться с теми ужасами, которые случаются, когда какие-либо общественные отношения или сферы хозяйственной деятельности не урегулированы законодательно. Ярким примером здесь является деятельность американской химической компании DuPont, которая в течение многих лет практиковала погребение у водоёмов близ Паркерсбурга, Западная Вирджиния, сильнейшего токсина и канцерогена — перфтороктановой кислоты. На тот момент оборот многих химических веществ уже был урегулирован законами США, но когда данное вещество впервые произвели, никто не знал его свойств, и оно не вошло немедленно в обновлённый список контролируемых веществ. Позднее, когда собственники компании узнали о чрезвычайно высокой токсичности перфтороктановой кислоты, они не спешили сообщать об этом властям, потому что связанное с ней производство тефлона приносило им очень большие деньги. Они понимали, что до внесения правок в регулирующий закон неправильное обращение с ней не грозит им уголовной ответственностью и просто закапывали её в землю сотнями тонн, чем нанесли непоправимый ущерб экологии, здоровью десятков тысяч людей и привели к массовому вымиранию домашнего скота в болезнях и муках.
Есть ли у человечества более эффективное средство для управления обществом, чем законы? К счастью, да, есть. Что примечательно, это средство появилось у нас на тысячи лет ранее, чем были записаны первые законы. Имя ему — мораль.
Мораль — это свод правил поведения в обществе, которые помогают ему избежать внутренних конфликтов и соединяться в коллективы. Иными словами, это необходимый способ адаптации людей к проживанию в составе группы с целью лучшего выполнения биологической задачи. Любой человек с самого раннего детства познаёт и усваивает такие правила одно за другим. Случается, что конкретный индивид может не принять одно или несколько правил, но практически невероятно, чтобы он отверг их все — это возможно только при тяжёлом психическом расстройстве. Моральные нормы могут быть донесены в виде общих расплывчатых идей, а могут быть подробнейшим образом объяснены научно, но в каждом из случаев, если человек убеждён, что эти правила помогают ему жить более стабильно и благополучно, он принимает их как естественную часть своей картины мира. Например, детям объясняют, что слабые люди не могут за себя постоять, но несмотря на это они могут приносить обществу много пользы — например, женщины, несмотря на свою относительную физическую слабость, дают жизнь вообще всем людям, а учёные двигают технический прогресс вперёд, не используя силу, и поэтому слабых людей нужно защищать. Если ребёнок растёт в таких условиях, что у него не возникает серьёзного конфликта с обществом и протеста против него, он согласится, что такой тип поведения рационален, и примет его как норму.
