— Вы надеетесь задеть меня подобным замечанием, Ваше Величество? Напрасно, напрасно… Впрочем, Вы правы: Шерлок действительно не Ваш раб, а мой. И его возвращение в родные пенаты только ещё раз доказывает это.
— Простите, сэр, но я пришёл сюда не за тем, чтобы обмениваться язвительными замечаниями или выслушивать ваши фантазийные истории, — скрестив на груди руки, строго заявил Шотландец. — Мы оба прекрасно знаем, как всё обстоит на самом деле, и, полагаю, взаимно заинтересованы решить возникшую между нами проблему.
— Вот так, сразу? — князь взглянул на собеседника поверх стакана и покачал головой. — Подход военного, а не дипломата. Не зря у Вас слава неотёсанного солдафона.
— Думаю, в нашей ситуации неуместные расшаркивания и бессодержательные разговоры о погоде излишни, — пропуская мимо ушей все пущенные в его самолюбие стрелы, неуклонно придерживался избранной линии король. — Мне известно, что вы заманили моего… Преданного к себе, что заключили с ним какой-то ужасающий договор, и догадываюсь, что за этим стоит не только ваша безудержная тяга к пыткам и насилию. Я готов торговаться с вами за жизнь Шерлока и его безопасность, поэтому просто скажите: что вам от меня нужно?
— Это что — какая-то болезнь? — откинувшись на высокую спинку, удивлённо поднял брови князь. — Сперва раб явился ко мне с подобным предложением, теперь и господин. Резкое обострение человеколюбия и самопожертвования? Надеюсь, это хотя бы не заразно?
— Сэр Магнуссен!.. — в тоне молодого короля звенело с трудом сдерживаемое раздражение. — Я понимаю ваше желание позабавиться, но не советую испытывать моё терпение слишком долго.
— А Вы бравый вояка, Ваше Величество, — снова усмехнулся князь. — Хотя «бравый» часто означает не более чем «глупый», Вам не кажется? Но довольно! Вы проделали долгий путь, к тому же — не в лучшем состоянии здоровья, судя по бледному и осунувшемуся виду, не буду томить Вас более. Хотите видеть Шерлока? Извольте. Но предупреждаю: Вам вряд ли понравится увиденное.
Со слаженностью хорошо отрепетированной пьесы сразу же за произнесёнными Его Светлостью словами дверь в кабинет распахнулась, и в комнату вошёл высокий крепкий слуга, ведя за намотанную на кулак тонкую цепь измученного обнажённого мужчину, в котором Джон с ужасом узнал своего Преданного.
Шерлок.
Шотландец несколько раз моргнул, чтобы удостовериться, не очередной ли это сон, захвативший его подточенное недугом сознание, и сделал шаг к замершему со склонённой головой парню.
— Шерлок! — голос мгновенно охрип, а рука невольно потянулась в попытке коснуться тела, на котором, казалось, не осталось живого места. Но Преданный, не поднимая глаз на своего короля, неуловимо отстранился, звякнув цепью, прикреплённой к сжимающему стройную шею ошейнику.
— Нет, никаких контактов, пока не договоримся о цене, Ваше Величество, — лукаво скривился Магнуссен.
— Называйте вашу цену, — Джон с трудом оторвал взгляд от ссутулившейся фигуры пленника, еле сдерживаясь, чтобы не выплеснуть в наглую лисью физиономию князя клокочущий в душе праведный гнев.
— Для начала позвольте мне продемонстрировать все особенности предлагаемого товара, — наследуя собственные манеры и интонации из давешнего королевского сна деловито произнёс Чарльз, покидая кресло. — Думаю, кое-что окажется для Вас настоящим сюрпризом. Например то, что Ваш Преданный не может сопротивляться отдаваемым мной приказам. Не верите? Мы тут перед Вашим приездом как раз упражнялись в правописании. Хотите взглянуть?
Не дожидаясь ответа Шотландца, сбитого с толку столь странными разглагольствованиями, князь обратился к Шерлоку повелительным тоном:
— Ну-с, ты так и не дописал то, что я тебе велел. Моран, дайте молодому человеку инструмент.
Слуга с готовностью протянул Преданному извлечённый из-за пояса кинжал, поблёскивающее лезвие которого всё ещё хранило следы засохшей крови.
— Закончи начатое, — отчеканил Чарльз, с интересом наблюдая за тревожным недоумением, залившим лицо молодого монарха мертвенной бледностью.
Подняв, наконец, голову и уставившись перед собой невидящим взором, Шерлок безропотно принял оружие из рук конвоира. Но как только остриё коснулось истерзанной груди, на которой вполне отчётливо читались первые буквы назначенной Его Светлостью надписи, повисшую зыбкую тишину разорвал сдавленный хрип короля:
— Не надо! Прошу… Пожалуйста!.. Я готов сделать всё, о чём вы попросите.
— Так уж и всё? — Чарльз растянул губы в плотоядной ухмылке. — И Вы отступитесь от своих реформ?
— Да.
— Вы распустите ваш смехотворный комитет, перейдете на мою сторону и так же рьяно станете отстаивать свою новую позицию перед Императором, как до этого отстаивали прежнюю?
Джон сглотнул, однако, еще раз окинув взглядом замершего с лезвием в руке и едва держащегося на ногах Шерлока, ответил тише, но так же твёрдо:
— Да.
