Радость наполняет мое сердце, и я точно знаю, что хочу сделать до того, как мы уедем, но пока не говорю ему.
Зайдя в пентхаус, я чуть не впадаю в шок. От этого места просто дух захватывает. Квартира современная и хорошо обставленная, а из окон от пола до потолка открывается прекрасный вид на Таймс-сквер и реку Гудзон.
Ароматы блинов, мимозы и свежесваренного кофе наполняют мои чувства, и я замечаю восхитительный набор блюд для завтрака, разложенных вокруг длинного кухонного островка.
Я накладываю себе полную тарелку яиц, бекона и блинчиков с сиропом, откусывая всего по чуть-чуть и наслаждаясь вкусом.
Карсон присоединяется ко мне, выглядя удивленным. Он делает глоток дымящегося кофе, наблюдая за мной.
— Что? — спрашиваю я, подцепляя вилкой еще один кусочек блинов, однако, не успеваю я положить его в рот, и Карсон останавливает меня.
Его палец мягко скользит по моей нижней губе, стирая остатки сиропа. Уставившись на меня своими изумрудными глазами, он подносит палец к своим губам, посасывая сладкое лакомство.
Мой рот приоткрывается.
— Вкусно и сладко, — заявляет он с самодовольной улыбкой.
Мой аппетит к еде теперь давно забыт, и единственный голод, который я чувствую, — это он.
— У меня есть кое-что послаще, — говорю я, прислоняясь к мраморному столу.
Выражение его лица становится жестче.
— А ты говоришь о губах на лице или о тех, что у тебя между ног?
Я подхожу ближе к нему, мое тело касается его груди.
— Почему бы тебе самому не узнать?
Его руки притягивают меня вплотную к его телу.
— Мой язык заставит тебя кончить так, как ты и представить себе не можешь, и я буду наслаждаться каждым гребаным моментом твоего сладкого освобождения.
Его руки исследуют мое тело, пока я не чувствую, как одна из них пробирается внутрь моих трусиков. Он громко ругается, как только чувствует, насколько я уже влажная, и целует меня, языком исследуя мой рот.
Я прислоняюсь к его груди, пока он ласкает меня между ног.
— Тебе нравится, да, малышка? — его палец входит в меня, вызывая громкий стон.
Давление оргазма нарастает, и он тоже это чувствует. Как только его рука находит мой клитор, я кричу возле его губ и резко дышу. Чувствую, как его толстая выпуклость пульсирует и напрягается под джинсами, и я двигаю руками по его молнии, чтобы расстегнуть ее.
Но он останавливает меня, нежно целуя в ладонь.
— Как бы мне ни хотелось, я должен идти, если хочешь, продолжим, когда я вернусь.
Я собираюсь сказать «к черту всё, я хочу сделать это сейчас». Но его телефон звонит, прерывая любые дальнейшие комментарии.
— Спа-салон внизу уже готов, и мне действительно нужно идти.
Я отхожу от него.
— Что за дела у тебя? — спрашиваю я, он быстро печатает сообщение и убирает телефон.
— Нужно проверить кое-что и посетить несколько важных встреч. Эллиот придет, как только ты закончишь сеанс в спа-салоне.
Я киваю и следую за ним в лифт. Мы спускаемся в вестибюль, дверь открывается, я собираюсь выйти, но Карсон неожиданно останавливает меня со злым блеском в глазах. Он поднимает все ещё липкий палец, которым доставлял мне удовольствие, и подносит его к губам. Языком он смакует каждую каплю.
— Определенно слаще, — констатирует он.
Мои глаза стекленеют от этого жеста, и прежде чем я успеваю отреагировать, двери лифта закрываются перед моим лицом, и Карсон уходит.
Спа-салон просто потрясающий. Я чувствую себя более расслабленной, чем когда-либо за долгое время, и не могу сказать, то ли это от массажа, то ли просто от того, что я с Карсоном в Нью-Йорке.
Эллиот встречает меня в вестибюле, когда я заканчиваю, и мы вместе поднимаемся в лифте.
— Что-нибудь слышал от Карсона? — спрашиваю я, нарушая молчание.
Я очень надеюсь, что он каким-то образом закончит раньше, чем ожидалось, чтобы мы могли вместе осмотреть город, прежде чем нам придется уехать.
Эллиот поворачивается ко мне со странным блеском в глазах.
— Пока нет, но я уверен, что он просто занят.
Я не спрашиваю дальше, но странное чувство пузырится в моем животе. Карсон сказал, что у него сегодня много дел, так что я оставляю все как есть. Я плюхаюсь на белый кожаный диван, как только мы возвращаемся в квартиру. Эллиот стоит в углу, уставившись на свой телефон.
Все больше тревожась, я решаю отвлечься бессмысленным разговором.
— Как все прошло с Лилианой на празднике?
Напряжение, кажется, спадает с его плеч при одном упоминании ее имени. Он кладет телефон на стол и расслабляется в кресле рядом со мной.
— Она боится, что я разобью ей сердце.
— С чего ты это взял? — спрашиваю я.
— Она так сказала, прямо перед тем, как поцеловала меня, — на его лице появляется ухмылка при этом признании.
— Она что?!
— Конечно. Не один раз, а два. Сказала, что это было благодарностью за спасение ее жизни.
— Я же говорила, что она это оценила, — хихикаю я, прежде чем продолжить с серьезным выражением лица. — Не делай ей больно, Эллиот. Я серьезно. Она не сможет тебе этого простить.
— Я пытаюсь, Элайна. Видит бог, я чертовски стараюсь.
