• 1878 год: Глен Хендерсон убил Тобиаса Голдинга, в результате чего появилась легенда о «золотой кирке», хотя жила, на которую наткнулись эти двое, была серебряной, да и золото – недостаточно твердый материал для кирки. По другим свидетельствам, до того, как Глена Хендерсона осудили и повесили, он покрыл виновную кирку золотом из расплавленных украшений своей жены, из-за которой и возникла ссора с Тобиасом Голдингом, а потом бросил эту кирку в глубокие воды ручья, тогда носившего название Индиан, решив, что золото поверх крови его лучшего друга поможет сохранить все их преступления для вечности. Заметьте, это убийство произошло примерно через девять лет после того, как появился лозунг «Серебряный рудник на целый мир гремит!». Но до 1878 года, несмотря на тщательные розыски, проводимые интернет-сообществом, в легендах коренного населения нет ничего о призраках в долине, пропавшей дочери вождя, похищенной вдове, каких-то водяных чудовищах, равно как нет легенд о вскрытых захоронениях, неудачливых налетчиках, необъяснимых случаях на охоте, исчезнувших племенах, древних руинах, просверках в небе, пещерах со странными видениями, необъяснимых пожарах, неожиданных родах и прочих странных вещах, которые могли бы передаваться изустно. Короче, то, что мы сегодня называем Плезант-Вэлли, – это лишь часть охотничьих угодий северных шошонов и банноков. Долину приходилось делить, потому что дичи там водилось не так много.
• 1915 год: «Последняя проповедь Иезекииля». Поднявшиеся воды ручья Индиан, по неподтвержденным данным, унесли с собой восемнадцать человек, которые забаррикадировались в стоявшей на отшибе церкви Хендерсон-Голдинга. По преданию, когда вода подобралась к дверям, они пели. Проповедника Иезекииля (фамилии нет) несколькими годами ранее нашли в лесу; он был вымазан кровью и что-то невнятно бормотал. Этому нет подтверждения, но считалось, что он единственный, кто пережил крушение поезда, хотя не осталось ни колес, ни воловьих костей – ничего, что могло подтвердить факт катастрофы. Своими проповедями он доводил паству до бешенства, да и у самого на губах выступала пена, а Библию использовал как молоток. Если верить разрозненным свидетельствам, многие из убиенных были похоронены на каменистом склоне национального заповедника Карибу-Тарги по его указу: смерть он считал наказанием за безбожие и «язычество» – именно так надлежало поступить с прихожанами, замеченными или заподозренными в подобном поведении. Индейская мама Стейси Грейвс (см. ниже), будучи одной из таких «язычниц», понесла наказание от рук своего мужа, Летча Грейвса, видимо, с молчаливого одобрения Иезекииля. В годы после затопления Хендерсон-Голдинга Иезекииль, по местному поверью, превратился в первое местное страшилище. Родители запрещали детям выходить после наступления темноты, потому что Иезекииль схватит их огромными ручищами и утащит в Утонувший Город – петь в его проклятом хоре. Следующей городской легендой стала мама Стейси Грейвс: ей было уготовано скитаться вдоль берега недавно поднявшихся вод озера Индиан и искать пропавшую дочь Стейси, но, охваченная горем и смятением, она хватала любого ребенка или подростка, который попадался ей под руку.
• 1920 год: Озерная Ведьма, Стейси Грейвс. По преданию, эта восьмилетняя «дочь Пруфрока» – эвфемизм для общепризнанной парии – играла с городскими мальчишками на мелководье, где сейчас пирс. Игра называлась «Ведьма». Чтобы доказать, что девочка не ведьма, ее надо было спихнуть в воду. Если она начинает тонуть, значит, она не злодейка. А если вода ее отторгает, как текущая вода отторгает ведьм (в озере Индиан вода стоячая, но для «волшебства» ее считали ручьем), тогда она злодейка. Стейси Грейвс оказали такую честь прежде всего потому, что она была единственной девочкой среди собравшихся в тот день. Возможно, свою роль сыграло ее индейское происхождение, равно как и «безопасная» природа этого преступления. По преданию, в тот вечер мальчишки, вернувшись в город, рассказали, что когда они швырнули эту грязную индианку в озеро, та просто упала на поверхность, а вода отказалась ее принять! Сама перепугавшись своей природы, Стейси Грейвс на четвереньках побежала по воде прямиком в легенду: либо прятаться в пустоши, либо в поисках якобы убитой мамы. То ли действовали сверхъестественные силы, то ли она стала жертвой несчастного случая и в итоге утонула – больше ее никто не видел. В фольклоре Плезант-Вэлли эта история оттеснила историю Иезекииля и ее мамы, а потом, упав на благодатную почву из фактов и вымыслов, близкого и далекого, осторожного и устрашающего, дожила до самой «Бойни в День независимости».
