Поэтому я выпустил из своего «кокона» несколько нитей, наскоро сплетя из них что-то вроде лезвия и начал шинковать на мелкие кусочки первый «шарик». В голове раздался дикий нелюдской визг, который слышал только я. Виски прошило болью, но я не сдавался, продолжая «резать» «шарик» в мелкие кусочки.
В реальности старший гвардеец начал сбавлять темп своих атак, Аралиан уже с лёгкостью уворачивался от них, а потом перешёл в наступление, но сражаться старший не перестал. Силён мужик, ничего не скажешь.
Наконец «шарик» превратился в кучку мелких бесформенных кусочков, которые осыпались в пыль и растаяли. Исчезло и большинство «нитей», опутывавших «кокон», но часть осталась невредимой. Та, что была соединена со вторым «шариком».
На меня вдруг накатила слабость, очертания «шарика» стали расплывчатыми. Похоже, осторожный Ромаш впрыснул мне минимально возможную дозу своего яда, чтобы ничем не навредить, и сейчас её действие кончается. Значит, надо поспешить.
Я торопливо создал новое «лезвие» и начал резать второй «шарик». Это мне удалось уже легче, хотя мерзкий визг повторился, словно сверля виски дрелью. Но я сосредоточился и продолжил своё чёрное дело.
В этот момент старший пошатнулся и всё-таки пропустил удар Аралиана. На его запястье образовалась неширокая кровоточащая царапина, и кто-то из зрителей – не гвардейцев, а местных - завопил:
- Первая кровь! Наёмник победил!
- Наёмник победил! – поддержали его остальные. – Оставьте парнишку и наёмника в покое!
Ого… А в здешних начинает просыпаться характер… Но я должен закончить…
Я торопливо измельчил остатки «шарика», пронаблюдал, как они превращаются в прах и исчезают… А потом исчезли и последние нити. Старший пошатнулся, двое гвардейцев поддержали его, с некоторым недоумением косясь то друг на друга, то на толпу местных. Один из них озадаченно выдал:
- Господин гарм-лейтенант… А с чего мы так загуляли-то?
Старший только рукой махнул, и гвардейцы, которые хоть не протрезвели до конца, но стали выглядеть куда более адекватно, быстро сгруппировались вокруг него. Местные тут же вспомнили, что перед ними не кучка выпивох, а элитная Имперская часть, и настороженно замолчали.
Старший поморщился и громко заявил:
- Селяне! Приносим вам свои извинения за причинённые неудобства, более такого не повторится. С завтрашнего дня мы будем заниматься строевой подготовкой и ремонтом* вамми, как это и было задумано изначально. И да, - парень и наёмник могут быть свободны…
Народ облегчённо выдохнул – драться не хотелось никому, и стал расходиться по своим делам. А гвардейцы, даже не взглянув на нас, двинулись обратно в трактир. М-да… Извинений за мою почти поруганную честь мы явно не дождёмся – рылом не вышли. Похоже, этот исход для нас наилучший из возможных…
Давешний барышник подтвердил эту мою мысль, пробормотав:
- Вали отсюда, парень, и побыстрее, пока они не передумали… Второй раз тебя даже твой чудо-мечник не спасёт…
Я поднялся на ноги, слегка пошатнувшись при этом, то ли Силы много потратил, то ли это остаточное действие от Ромашева яда… Аралиан поддержал меня и прошептал:
- Не бойся, Костя, я тебя в обиду не дам…
Вот и хорошо, а то ноги меня слушаются плохо, а уходить надо.
«Хозяин, - пробился ко мне в сознание Ромаш, - а Хозяин… Высади меня вон туда, на стеночку…»
«Это ещё зачем? – спросил я. – Погреться захотел?»
«Вот ещё, - фыркнул Ромаш. – Я по стеночке на крышу, потом на другую… и в трактир… туда, где гвардейцы остановились…»
«Это ещё зачем?» - возмутился я.
«Надо, Хозяин, - ответил Ромаш. – Что-то тут неправильное есть. К тому же они перед Хозяином не извинились за все свои гадкие речи… Нехорошо…»
Я хотел было возразить, но странная усталость брала своё, к тому же Ромаш далеко не беззащитен, поэтому перед тем, как двинуться с площади, я осторожно высадил Ромаша на стену одной из лавок. Шустрый бурбур тут же изменил окраску, сливаясь с окружающей поверхностью, и стал практически невидимым. Ого, как он может. А я и не знал.
Но тут Аралиан, продолжая поддерживать меня за плечи, быстро оттащил с площади. А дорогу домой я помню смутно, потому как сознание мутилось всё сильнее, и я отрубился сразу же по прибытии. Так что встревоженным Эрилу и Нирке пришлось довольствоваться рассказом Аралиана.
А вот меня, когда я очнулся, ждал небольшой сюрприз.
* В конных частях лечение и приведение в порядок строевых лошадей называли именно ремонтом. Поскольку у нас вместо лошадей - вамми, пусть будет "ремонт вамми"
========== Глава 43. В которой я появляюсь только под конец. ==========
А вот меня, когда я очнулся, ждал небольшой сюрприз. В лице явившихся на разборки гвардейцев. Как выяснилось, ушлый Ромаш проник в трактир и, благодаря своей мимикрии, оставался незаметным. Так этот восьмилапый шпион мало того, что услышал много для нас интересного, о чём я расскажу немного позже, так ещё и наловчился проникать на кухню, где регулярно улучшал вкус блюд, подаваемых господам гвардейцам, с помощью своего яда.
