Как ни странно, слово «смирение» само по себе меня не отталкивает. Я понимаю, что на свете есть некоторые обстоятельства, с которыми остаётся только смириться. Например, день и ночь. Притяжение Земли и прочие физические законы. Буря, цунами, землетрясение. К некоторым из них можно как-то подготовиться. Успеешь – можно убежать. Есть, наверно, ещё что-то. Война, например.
Даже болезнь можно сюда отнести или травму. Но когда тебя пытаются силой нагнуть, чтоб ты поклонился неизвестно чему и при этом смирился, любой мало-мальски уважающий себя человек скажет наклоняющему: «А не пошёл бы ты!»
Хорошо, предположим, что наклоняющий – очень силён. Тогда есть два пути. Первый: затаиться, копить злобу, искать момента – убежать или отомстить. Второй: плюнуть ему в лицо и вынудить, чтоб он тебя пристрелил. Ну или что-то подобное.
Если подумать, есть и третий путь: притвориться, что ты согласен! И что тебе даже очень хорошо, когда ты стоишь нагнувшись и отклячив задницу в небо. «Путь Крокодиловны». (Это по аналогии с «путём самурая».)
А что? Сам стоишь враскоряку, да ещё и покрикиваешь на окружающих: «Эй, вы, дураки! Вы, тёмные! Вы не понимаете своего счастья и не становитесь раком!»
Жестоко?
Да. Но справедливо.
Я размышлял таким образом, закрыв глаза и откинувшись на подушки. Мама заглянула ко мне пару раз. Но я не открывал глаз.
– Спишь? – спросила мама.
Я не ответил.
– Ну, спи… – вздохнула она. Закрывая дверь, закончила: – Всё равно поговорить придётся.
«Спасибо, мама, – подумал я. – Мы с тобой обязательно поговорим. Только потом».
Итак, продолжим: четвёртый путь. И пятый.
Четвёртый путь – убить себя самому. Быстро и без проблем. В способе тебе предоставляется полная свобода.
Пятый – обмануть самого себя. То есть: заливать глаза, курить, ширяться, играть в рулетку, развлекать себя бабами, яхтами, скачками, жратвой, наконец. Возможны сочетания и разные варианты. Убивать себя, но медленно и со вкусом.
Наверно, есть и другие пути – просто больше мне ничего не приходило в голову.
А вдруг и правда есть? Нет, не вижу. Не вижу.
А хотелось бы… Мне бы хотелось понять. Понять, почему я должен смириться перед цунами, бурей, войной, болезнью.
Мне бы хотелось понять, почему это всё падает на мою бедную голову и на мою шею. Лично – на мою. Ну почему?.. Почему я? Тут… лежу… и у меня не двигаются ноги, я не могу даже спокойно посс…
У меня нет и не будет девушки, у меня нет и не будет друзей, у меня детей не будет. У меня не будет ничего, что бывает у нормального человека! Скорее всего…
Смирись! Да как можно смириться с этим!
– У-у-у….
Я лежал. Мне хотелось завыть. Но я не мог. Вой застрял в моей глотке.
Я даже завыть уже не мог так, как раньше!
Я застучал кулаком о кровать, отбивая ритм и глотая слёзы:
Я перечитал стихи. Мрак. Ну Крокодиловна! Вот до чего доводят нормальных людей слишком «благочестивые» тётки!
Не, я же не садист! Нельзя так заканчивать стих. Кроме того, я, видимо, ещё не всё сказал. В груди ещё жжёт – что-то просится на волю.
Эх! Всё равно не получилось хорошего конца в этой истории.
Но меня отпустило. «Не можешь – хотя бы не ври». «Не ври – или умри». Хорошо рифмуется. Что ж, больше ничего не остаётся.
Теперь радостно и весело займёмся «инструкцией по выживанию тела». То есть – прозой жизни. Мочой. Позывов я не чувствую, но время подошло. «Инструкцию по выживанию тела» составляли умные люди.
И пусть все Крокодиловны едут в Африку к своим крокодилам.
Уже на другой день после обеда к нам пришёл мужичок с инструментами – специалист по сбиванию порогов.
А вот поди ж ты – специалист.
Кухонный порожек он преодолел за час, а вот выезд на лоджию потребовал дополнительных затрат на покупку материалов.
– Тут придётся делать что-то вроде наклонного въезда, – объяснял матери мужичок. – Иначе надо менять двери. Или опускать двери вниз, а сверху заделывать дыру. И с той стороны тогда будет препятствие.
– А что лучше?
– Место у вас есть, можно и въезд. А то работать придётся неделю.
– Давайте.
– Тогда мне нужно…
