Не записывать его, что ли?
Ладно, запишу. Потом подумаю.
Только решил отложить комп – опять! Да что это со мной…
Всё, не могу больше.
Они пришли тридцать первого часов в двенадцать дня. Я как раз закончил бодаться с тренажёром для ног и перебрался в коляску, чтобы посидеть у окна.
Всё-таки хорошо, что вчера я побывал в гостях у Таньки. Морально сумел хоть немного, но подготовиться.
Мара, Митяй, Светка, Антоха. Оказывается, я скучал. Я ждал.
Я давно их ждал, чего там… Как же я их ждал…
Светка с Митяем, Мара с Антохой. Это я просёк сразу. Ну, того и следовало ожидать.
Они принесли бутылку шампанского и торт.
– Ах, ребятки, какие вы молодцы! – причитала мама. – Как я рада вас видеть!
Мама хлопотала. Принесла бокалы, тарелки и устроила на журнальном столике место, чтоб мы могли выпить и съесть по куску торта в моей комнате.
Я сидел в коляске, за столом, вместе со всеми. Шампанское выстрелило в потолок. Пробка вылетела.
– С наступающим!
Я тоже глотнул пару раз. Ударило в голову моментально. Ну а дальше началось:
– Ну, ты молодцом!
– Ну, здо́рово!
– Ну, прикольно!
И всё такое прочее. Особый интерес вызвала коляска.
– Дай прокатиться, – попросил Митяй.
– Облезешь, – пришлось ответить мне.
– Ну, как ты?
– Нормально.
– Чем занимаешься?
– Готовлюсь заочно поступать на юрфак.
Не знаю, как у меня это вылетело. Это я на форуме прочёл про одного парня, который окончил юрфак. Заочно. Как он писал, чтоб помогать таким, как он сам, отстаивать свои права.
Потому что такие, как он и я, сначала просто ошарашены своим новым положением и совершенно не знают, что им положено от государства. Да и потом у многих просто нет сил выбивать себе какие-то льготы. А если у человека ещё и рядом никого толкового нет… Или есть кто-то жадный и нечестный…
Я поймал себя на том, что впервые подумал о себе как об инвалиде. Не как о человеке, травмированном на короткое время, а как о состоянии, в котором мне придётся находиться долгое время.
Долгое-предолгое. Возможно, целую жизнь.
Ничего этого, конечно, я не сказал вслух.
– Да, на юрфак готовлюсь, – повторил я. – Сначала на заочный, а там посмотрим, как дело пойдёт.
– Ты думаешь… ты думаешь, что сможешь… встать на ноги? – прерывающимся голоском спросила Мара.
Наверно, где-то в глубине души Мару доставала совесть. Но уж очень на большой глубине. Сразу не докопаешься.
Антоха тут же встал в стойку – кого порвать. Я усмехнулся про себя: «Успокойся, мальчик! Никого рвать не придётся. Здесь нет тебе соперников!»
Я не ревновал. Я не знаю, как назвать то чувство, что появилось во мне.
Сожаление? – Нет.
Разочарование? – Нет.
Я смотрел на моих друзей примерно так же, как вчера смотрел на Танькину компанию. Каждый из моих бывших друзей строил свою жизнь так, как мог. На своей планете.
Кто я такой, чтоб им мешать… Или осуждать.
– Олег, ты правда собираешься на очный переводиться? – переспросила Света.
– Подожди, я ещё на заочный не поступил. Но у меня уже ноги двигаются, – как можно спокойнее и увереннее произнёс я. – Так что не исключено.
Мара сделала вид, что у неё что-то упало. Она низко наклонилась. Может, хотела скрыть выражение лица. А может, хотела посмотреть на мои ноги.
Ноги мои выглядели прилично. Мама надела мне спортивные брюки, а тёплые шерстяные носки скрывали некоторые нюансы.
Спасибо, мама. Я одеваться не хотел. Но она сказала: «Если хочешь сидеть на лоджии у окна – одевайся».
– А вопрос можно? – наклонился ко мне Митяй. – А это… оно… у тебя «стоит»?
Не оригинально! Везде одинаково. И чем различаются обе компании?
Ответ готов:
– Ещё лучше, чем прежде.
– Ну, ты даёшь!
– Ну, класс!
Мара и Антоха тоже что-то восклицают. Ну не сидеть же им с постными рожами! Ничего, ничего. Нет, ребята, жалобами и нытьём я вас не порадую!
– Я в тебя верю! – Тут Митяй долбанул меня в плечо со всей дури.
Рука дёрнулась. Я удержал её другой рукой. Хорошо, что я поставил свой бокал на стол. Кроме того, боль отдала в поясницу. Дёрнулась правая нога.
Я аж закусил губу. Чтобы как-то скрыть всё это, потянулся к бокалу.
