И там, в Зазеркалье черной воды, наши призрачные отражения соединились в неведомом танце, когда я, сняв одеяние, осторожно вошел в воду. Она обступила мои ноги, мягко целуя мою кожу; я шел медленно, перед каждым шагом аккуратно пробуя на ощупь мягкий песок под ногами, смешанный с гладкими камушками. Вокруг было так тихо, что я слышал пульсацию собственного сердца - так, будто оно было распято на каменных стенах.
Он вынырнул в нескольких метрах от меня, наблюдая за мной, будто хищник. Он вынырнул, затаил дыхание и тут же скрылся под водой до самых глаз, горящих ярким пламенем, и вода стекала с Его мокрых волос, спадающих на гладкий лоб.
Не сводя с Него зачарованного взгляда, я зашел в воду, сделал глубокий вдох, оттолкнулся от дна и поплыл. Несмотря на темный цвет, вода оказалась прозрачной; подплывая к Нему, я видел очертания Его белого тела сквозь темную поверхность воды, будто через негатив фотопленки; видел, как Он протянул руки под водой ко мне и обхватил мое тело, притягивая ближе к себе.
Вода стекала по Его волосам на мое лицо; обвив Его талию ногами и обнимая Его за шею, я целовал пухлые губы со вкусом предательских небес, и перебирал кончиками пальцев мягкие волосы на Его затылке. Его ладони лежали на моей спине; я кожей чувствовал Его когти и массивные перстни на пальцах, и эти ощущения вдруг захватили меня с головой.
Там, где Он напоминал мне опасного хищника, скрывающегося в черной воде, прекраснейший из демонов и опаснейший из ангелов раскрыл передо мной свое сердце и позволил завесе прошлого пасть, обнажив передо мной многочисленные раны, похожие на те шрамы, которые остались на Его спине.
Там, в зеркале черной воды, Он рассказал мне свою историю.
«Я родился в восьмом веке. Единственный ребенок в семье. Аристократка-мать вышла замуж за демона без рода, но их брак был очень сильным для демонического мира, с нетерпением ожидающего их ребенка. Незадолго до моего рождения они обратились к предсказателю, чтобы узнать мою судьбу, но он ничего им не сказал. Приближенный моего отца, демон, который был кем-то вроде правой руки, как Сайер для меня, впоследствии рассказал мне, что старец-предсказатель побелел, как полотно, но наотрез отказался разглашать увиденное, за что мой отец приказал лишить его языка. Я до сих пор не знаю, что он увидел - реки крови, которые потекли, когда я взошел на престол, или темный мир, который дрожит от страха перед моим именем, но он увидел что-то обо мне и унес это предсказание с собой в могилу. Может быть, если бы он рассказал, какое чудовище носит в утробе моя мать, демонический мир настоял бы на том, чтобы меня умертвили еще до рождения…»
Под водой я открываю глаза и вижу, как Он уплывает от меня, рассекая темную воду плавными, но четкими движениями. Он разводит руки и Его лопатки на мгновение почти сходятся на широкой спине, меж многочисленных шрамов. Вода ласкает Его шелковые волосы; Он отталкивается от серебристого дна, разворачивается в воде лицом ко мне и протягивает руку в немом приглашении присоединиться, и я плыву к Нему.
«…мой отец, не имея за плечами ни имени, ни рода, обладал стойким и волевым характером. Характером прирожденного правителя. У меня не осталось теплых воспоминаний о нем. У нас с ним никогда не складывались хорошие отношения: он хотел наследника, который смог бы мудро править Адом, а я был слишком… открыт миру для этого. Меня мало интересовал демонический мир. Я любил человеческий. У нас с ним было много разногласий по этому поводу, а потом… я кое-что сделал. В десятом веке.
- Что-то неправильное?
- Не знаю, правильное или нет, но я не жалею. Он не простил меня за этот проступок. Он сразу понял, что я подставил себя и подставил империю, обрекая их на беспокойство о наследнике, потому что мое правление встало под вопрос после того, что я сделал. Мать встала на мою сторону и защитила от его гнева, предложив, в каком-то роде, просто закрыть глаза, но холодность в наших с ним отношениях так никуда и не исчезла до самой его смерти…»
Он раскрывает крыло и показывает мне своего отца. Высокий, широкоплечий мужчина с темно-синими крыльями до щиколоток; нос прямой, а взгляд черных с серебристыми всполохами глаз - пронизывающий, твердый, смотрящий прямо в душу. Он унаследовал от отца эту гордую посадку головы, этот взгляд, это тело и эту странную ауру, которая, кажется, ставит тебя на колени стоит только ее хозяину войти в комнату. Ауру правителя. Прирожденного правителя, как Он сам сказал.
