Рабочее рвение прогнало призрак сострадания. Кейт погрузилась в расшифровку допроса подозреваемого, утоляя голод куском холодной пиццы. Дверь открылась, и появился шеф – губы поджаты, вид суровый. Лейтенант бросила недоеденный кусок в корзину для мусора, вытерла пальцы о брюки и шагнула ему навстречу.
– Лейтенант, я должен был получить ваш окончательный рапорт к полудню. Не получил – и пришел поинтересоваться.
Она в нескольких словах обрисовала ситуацию:
– Нужно продлить срок предварительного задержания. Я хочу предъявить ему еще одно обвинение – в убийстве Питера Мэтьюза.
– Это и есть ваше потрясающее открытие? – буркнул Биггинс.
– Как я уже докладывала, мы заняты проверкой…
– Эта проверка должна быть связана с убийствами детей! Я просил вас поторопиться, а вы занимаетесь убийством, которого, возможно, и не было!
– Он живет с присвоенной личностью больше двадцати лет!
– Вы должны были доложить мне раньше! Необходимо как можно скорее известить прессу, что преступник арестован и будет предан суду. Прокурор звонит мне каждый день!
– Волнуется из-за переизбрания?
– Довольно, Хоулен! Нужно разделить дела. Вы отдадите полное досье по убийствам детей и похищению Клайва Морриса, а над делом Питера Мэтьюза будете работать, когда освободитесь.
– Хотите его похоронить?
– Важнее всего, Хоулен, успокоить население, заявив, что убийцу мы вычислили, схватили и он больше никому не навредит. Делайте вашу работу!
– В том-то и дело, что
– Не тормозите, если хотите стать капитаном!
– Частью моей работы было сообщить госпоже Бейкер, что ее сын – обманщик…
– Хоулен, я приказал вам разделить дела! Даю сутки на окончательное опознание.
– Слушаюсь, сэр.
Биггинс вышел, громко хлопнув дверью, а Кейт продолжала собирать разрозненные элементы головоломки. Что-то ускользнуло от ее внимания. То, что позволит сорвать маску с неизвестного, отправить его в суд, к присяжным, и наконец закрыть дело. Через час, совершенно разочарованная, она захлопнула папку. Возможно, Фред что-нибудь накопал…
Кейт почему-то ужасно разозлилась, увидев, как подчиненный спокойно вешает пиджак на спинку стула.
– Откуда явился? Лучше бы читал документы, чем где-то болтаться!
Сержант Эмерсет удивленно обернулся, и Кейт увидела у него под мышкой папку.
– Ты на взводе, лейтенант. Расслабься.
– Обязательно – когда идентифицирую личность убийцы… Куда ты ходил?
– К специалисту.
Она недоуменно моргнула.
– Решил узнать его мнение касательно психиатрического досье Питера Мэтьюза.
– Нам плевать на Питера Мэтьюза, Фред! Он мертв. Лучше попытайся выяснить, в какой момент наш человек убил Питера и занял его место.
– Чтобы добраться до него, я решил «танцевать» от Мэтьюза. Подумал, что, прояснив его личность, мы поймем, кому он мог бы довериться.
– И что он сказал?
Эмерсет преспокойно уселся на свое место и улыбнулся, уверенный, что владеет информацией, которая заинтересует его командира.
– Питер Мэтьюз страдал легкой формой шизофрении. Он чувствовал себя изгоем из-за того, что от него отказались родители, и выражал страдание жестокими словами и поступками. Судя по всему, лечение успешно купировало его патологию.
– По-моему, ничего необычного.
– Интригуют две вещи. В его деле нет ни одной фотографии, зато есть предписание выпустить его двадцать пятого сентября девяносто седьмого года – и пропуск на выход, на котором проставлена дата двадцать первого сентября. Почему он вышел на четыре дня раньше?
– Что случилось, Шэрон?
На пороге номера стоял Лиам. Когда руки мужа подхватили ее, не дав упасть, она поняла, что не спит. Он довел жену до кровати, и они сели рядом. Шэрон не понимала, что Лиам тут делает. Он должен был находиться дома, с дочерьми…
– У меня во второй половине дня не было заседания. Я сел в самолет – и вот… Улечу завтра утром.
– Зачем ты явился?
– Мама рассказала, что ты позвонила девочкам, и я сразу понял: у тебя проблемы. Спрашиваю еще раз: что происходит?
У Шэрон не было сил врать, и она рассказала о невероятных откровениях своего клиента. А когда закончила, в номере воцарилась тишина. Она угадывала чувства Лиама. Он гневался не на нее, а на человека, который хотел навредить любимой женщине.
– Этот тип играет с тобой, дорогая. Развлекается.
– Что, если все это правда?
– С одной стороны, неизвестный обвиняемый в убийстве детей, с которым ты знакома два дня, утверждает, что твой брат убил двух твоих сестер. Ты никогда о них не слышала. С другой стороны, ты росла с отцом, он многие годы заботился о тебе. Кому ты больше веришь?
Рассуждения Лиама звучали здраво, однако оставалось одно тревожащее Шэрон но.
– Мы проверим его басню, чтобы ты успокоилась.
– Он упоминал Дулут, хотя и не может знать, что я там родилась.
– Мог – если заранее все разузнал о тебе. Шпионил же он в Сакраменто…
Лиам набрал ключевые слова на клавиатуре своего телефона:
