– Я мало что знаю об этой болезни, но ведь на таком этапе он всего лишь носитель…
– Гарри боится, что может быть переносчиком.
– Ну и глупо, есть ведь надежные контрацептивы!
– Лечение тяжелое, имеет побочные эффекты, и он не хочет, чтобы по его вине пострадал кто-нибудь еще.
– И предпочитает жить один?
– Мисс Дженкинс, вы следующая, – сообщила вошедшая в палату медсестра.
– Пожалуйста, не говори Гарри, что знаешь! – взмолилась вскочившая Кэрол. – Я обещала хранить этот секрет.
– Не беспокойся. У тебя сегодня есть более важное дело… – Мелисса удержала подругу за руку. – Уверена, что сделала правильный выбор?
– Разумеется, – бросила Кэрол и вышла не оглянувшись.
Красные, синие, серые, желтые, белые и черные машины томились в неподвижности на асфальте стоянки на шестнадцать тысяч мест, сверкая под солнцем Калифорнии на манер петчворкового покрывала. Болельщики потоками приливали ко входу на «Доджерс стэдиум» на Ван-Скалли-авеню.
Пол Дженкинс энергично работал локтями, прокладывая дорогу себе и Гарри, чтобы побыстрее оказаться у пропускного пункта. Розамунд, непривычный к подобным мероприятиям, едва успевал за другом и то и дело поднимался на цыпочки, выискивая маячившую впереди долговязую фигуру. Наконец у них проверили билеты, двери распахнулись и открыли их взглядам гигантские трибуны, окаймляющие игровое поле цвета свежей зелени и сепии.
Пол привел Гарри на их места. Многие зрители уже сидели на трибунах, и над стадионом висел многоголосый гвалт. Розамунд зычным голосом поинтересовался, как обстоят дела у Кэрол. Пол рассказал, что приготовил для сестры уютную комнату окнами в сад, но признался, что тревожится, как она уживется с его женой. Они с Эллен женаты пятнадцать лет, у них двое детей, но высокая грудь, густые белокурые волосы и красивые длиннющие ноги все еще делают ее неотразимой. Эллен не сразу согласилась приютить Кэрол и едва не поссорилась с мужем, заявив, что он на нее давит. Пол ужасно сожалел, что две его «самые любимые в мире девочки» так плохо ладят. Кэрол считала Эллен поверхностным существом, а та презирала ее за недостаток женственности.
В вечер переезда к ним Кэрол супруги поругались из-за непоправимого, по мнению Эллен, шага.
– Я обожаю жену, – признался Пол, – но не понимаю, как она может считать аборт преступлением.
– Все зависит от угла зрения: для женщины прерывание беременности – это право распоряжаться своим телом, для эмбриона – конец существования. По-моему, очень важно, чтобы у женщины было право выбора. Кэрол решила проблему, и это решение правильное, потому что это
– Ты прав, Гарри. Я очень надеюсь, что противники абортов не заставят Америку откатиться назад во времени – ведь в некоторых штатах трудно найти медицинские центры, где делают прерывание.
– Пусть мечтают! Верховный суд никогда не позволит себе покуситься на право женщин самостоятельно решать свою судьбу. Операция у Кэрол сегодня?
Пол кивнул.
– Я хотел побыть с ней во второй половине дня, но она отказалась. Сказала, что чувствует себя нормально, и выставила меня за дверь. А тебе велела передать, что на днях сама позвонит.
– Понимаю, – откликнулся Розамунд. – Она так мечтала о ребенке…
– А я рад, что сестра от него избавилась! – признался Пол. – Ты только представь – ребенок от психопата…
– Я не верю, что детей убил он.
– А как насчет его сестер? Это установленный факт.
– Мне трудно поверить, что он способен на подобное зверство.
– Общаешься с человеком годами, думаешь, что знаешь его, а на самом деле ни черта! Сестра прожила с ним восемь лет, не подозревая ни о присвоенной личности, ни о жестокости его натуры. Да и мы проглядели. Даже спина холодеет…
– Я в любом случае за мирное сосуществование в семье. Если отношения между Кэрол и Эллен обострятся, я смогу ее приютить. Норберт обрадуется новой компании.
– Я надеюсь, что они сделают над собой усилие и не передерутся…
Над стадионом разнесся голос комментатора, и Пол замолчал. На табло появился состав команд. «Лос-Анджелес Доджерс» принимали команду «Сиэтл Маринерс». Зрители хором повторяли фамилии любимых игроков, то и дело взрываясь овациями. Трибуны бурлили.
Пол рупором поднес ладони ко рту и крикнул Гарри:
– С тобой Кэрол была бы счастливее!
Тот подпрыгнул от удивления, спрашивая себя, не померещилось ли ему, но приятель с улыбкой подмигнул: «Ты все правильно понял…»
Диктор умолк, и Пол довел свою мысль до логического завершения:
– Я всегда полагал, что вы в конце концов сойдетесь.
Розамунда смущал разговор о чувствах, но Пол не успокаивался.
– Мне казалось, у вас что-то было – в школе или позже… Было, но не получилось и вылилось в настоящую дружбу.
– У тебя слишком богатое воображение, Пол.
Фраза прозвучала сухо, но доктора она не убедила.
– Если любишь ее, сейчас самое время попытать счастья.
Кэрол сдержала слово и никому не рассказала о болезни Гарри, даже брату, поэтому Пол сейчас так и рассуждал.
Гарри ответил без задержки:
– Ты ошибаешься.
Зазвучала музыка – сейчас команды выйдут на поле…
