Я слушала рассказ Краснова, выгружала покупки и ухмылялась про себя. Грустно. Без злорадства. Просто отмечала каким же разным может быть этот парень. Вчера он смеялся над чопорностью англичан, а сегодня говорил, что и сам становится таким, заявляя, как же странно смотрятся эти громкие выражения чувств и не способность сдерживать свое никому не нужное мнение.
— Хочешь сказать, что превращаешься в англичанина? — поинтересовалась я, убрав подальше связку алюминиевых банок. — Поэтому купил газету?
Веселиться и пить, празднуя конец недели было рановато. Сегодня было только среда.
— Нет.
Я покачала головой на недовольный взгляд Кости, но тут же расслабилась и дернула плечом. Пусть делает что хочет. Взрослый мальчик и должен понимать, что выпивка такой же плохой друг, как опасные заезды по ночам.
— Ты вроде говорила, что любишь настоящую прессу, — сказал Костя, примостившись на стул рядом со мной. — Так что купил я это не для себя, а для тебя.
Что правда, то правда. Дядя Андрей и ба предпочитали интернет-новостям «живые» газеты. Каждое утро и выходные Андрей проводил в компании новостей от разнообразных издательств, чтобы быть в курсе всего. Этим занималась и ба… А потом заинтересовалась я. Было что-то такое успокаивающее в перелистывании огромных страниц.
— Ид, ты меня любишь?
— Что?
Вопрос Кости ошарашил меня, заставив замереть над новоявленным туалетом мистера Пуаро, который мирно посапывал на диване. Больше этого вопроса меня удивили следующие слова, которые произнес Краснов после того, как заключил в крепкие объятия.
— Знаю, что не любишь по-настоящему. А как друга? А как соседа, который вечно забывает закрыть зубную пасту? А как душку Костю, который отваживает от тебя всяких придурков?
А еще разбрасывает вещи, не моет посуду, ест сладкое тоннами и разбрасывает фантики от конфет. Много чего еще.
— Что значит «отваживаешь всяких придурков»?
— То и значит, что парни привыкли, что бабы все как одна одинаковые — дают всем подряд.
Что-то такое было в его словах. Перед глазами вдруг встала укоризненно смотрящая ба…
— Но нам ведь хорошо вместе, да? Мы заботимся друг о друге. Вместе ходим по магазинам и готовим ужины. Теперь у нас есть кот.
— Предположим, — согласилась я, позволив поцеловать себя в щеку. — Но только этого недостаточно.
Я посмотрела на него сбоку. Что мне действительно нравилось в нашем общении так это то, что Костя не лез мне под юбку. Тот поцелуй был единственным поползновением в мою стороны. А Краснов мог бы. Я видела какой он настойчивый с остальными «бабами». Какое все-таки гадкое слово — бабы! Он плохо влияет на меня.
— Но это многое.
— Кость, — начала я, попытавшись освободиться из его объятий, но тот лишь сильнее сжал их.
То, что Краснов выпил не стало для меня сюрпризом. Им стали вопросы, которые он мне задавал.
— Не заставляй меня включать бабулю и говорить тебе, что у тебя все впереди. Ты рановато опускаешь руки.
— Не-а.
Он вновь чмокнул меня в щеку, сжав в пропавших сигаретами и алкоголем объятиях.
— Я не доверяю никому, Ида-обида.
— Скажи еще, что никому кроме меня? — полюбопытствовала я, продолжив отрывать полотенца и укладывать куски на дно «лотка». — А как же план с поиском наследницы нешуточного состояния?
Он отпустил меня, перед этим недовольно цокнув. Но едва ли обратила на это внимание. Это он об этом заговорил, а не я!
— Ты знаешь, Ид, противно! — Костя обошел стол, с другой стороны, пометался по комнате, поиграв в футбол упавшими на пол декоративными подушками.
Он вдруг вернулся, оперся на стол ладонями и занял собой все пространство. Хорошо, что я уже закончила с «ложем» для крошечных лапок и начала убирать все по местам.
— Чтобы не говорил отец, но я как представлю, что так надо будет прожить всю жизнь. Тоска берет!
Я поставила лоток на пол, осмотрелась по сторонам, прикинула, а не будет ли мешать Пуаро мебель.
— Развестись не смогу, — вещал Костя, так и оставшись у меня за спиной. — Сейчас все умные стали — составляют брачные договора со сложными условиями и нанимают детективов.
Какой же ужасный у него отец. Как можно внушать сыну жить за чужой счет? Почему он не верит в него? Он ведь у него умный. Я видела табели успеваемости.
— Значит придется притворяться всю жизнь или планировать какое-то очень витиеватое убийство.
— Тогда забудь о браке по расчету и просто живи, учись, работай, путешествуй — я пошла мимо дивана, подобрала подушки и уложила их возле подлокотника. — Пройдет время, и ты обязательно повстречаешь ту, которая с радостью станет стирать твои носки и терпеть твое пение по утрам.
Костя встал передо мной. Сделал он это очень неожиданно. Люся бы обязательно сказала: «выскочил, словно чертяка страшный!»
— Может я уже нашел ее? — спросил он, глядя испытывающим взглядом.
На какое-то время я действительно забыла обо всем, что тревожило меня. Сейчас мне стало ужасно неловко.
— Кость, ты пугаешь меня, — призналась я честно. — Ты может быть кого-то другого встретил сегодня? Антероса[1]?
— Нет.
