— Ида, я не забыл о своем обещании объясниться и извиниться, — начал я, не став делать вид, что не догадался о том, что она не произнесла в слух. — Господь свидетель — я не из тех людей, кто легко делится своими чувствами даже с самыми родными людьми.
Артемида «вернулась» ко мне. Она сделала крошечных полшага, чтобы оказаться рядом, смотреть в глаза и даже дотронуться до моих пальцев своими. Неожиданно и едва уловимо. Достаточно, чтобы осознать нормальность происходящего.
— Но есть те, кто знает меня достаточно долго, чтобы подметить изменения во мне. К ним относится Дэн. Тем летом он предложил мне не мешкать и взять тебя в жены.
Это случилось прошлым летом, но я, как сейчас помнил свое состояние после знакомства с ней. Наверное, потому и купил тот завод, решив, что все дело в месте.
— Я ответил, что ты слишком юна и не говорил бы он глупостей.
Сейчас было странно думать о тех событиях. Образ Иды нынешней не желал накладываться на образ девчонки из прошлого. Слава Богу, надо сказать.
— Глупостей? Вы такой…
Я кивнул, не переставая смотреть ей в глаза. Не дам сбить себя, когда так близок к финалу.
— Он задал похожий вопрос, принявшись вспоминать те времена, когда возраст не был помехой в такого рода делах.
Когда-то дев, забирали в жены едва ли им исполнилось пятнадцать. Дело было не в годах и в них одновременно. В давние времена девушку стремились выдать замуж как можно раньше, чтобы она успела потрудиться на славу и нарожать как можно большее количество детей.
— Мы говорили с ним по телефону в декабре. От Дэна не укрылось мое состояние. Он потребовал перезвонить по видеосвязи, а когда я отказался, спросил в чем дело. Я рассказал о том, что встретил тебя. Он же подразнил меня, спросив: считаю ли я до сих, что ты слишком молода или уже можно взять в жены, чтобы нарожать кучу детей и вести хозяйство?
Это было самое тяжелое объяснение за всю мою жизнь, потому что в едва ли не в каждом слове сквозили чувства. Куда проще было договариваться с дикими племенами и бандитами в джунглях, которые ничего не знали о психологии и доверяли лишь своим инстинктам.
— И, что вы ответили Дэну? — полюбопытствовала девушка, сделав уже знакомое выражение глаз.
Я потянулся к ее лицу и щелкнул по ее хорошенькому носику с припудренными веснушками, тем самым прогнав из ее глаз выражение кротости и наивности. За этими взглядами пряталась самая настоящая женщина — очаровательная и юная, но уже коварная и кровожадная. Пару минут тому назад она продемонстрировала мне это. И она нравилась мне с каждой новой секундой.
— Что я не задумывался над этим ведь на тот момент я уже был связан отношениями.
Ида отступила от меня, нахмурившись. Но несмотря на это выражение лица, она улыбалась.
— Прежде чем я уйду в уборную и оставлю в залог свою сумку — проговорила Ида, дотронувшись до лацкана моего пиджака, проведя пальчиками с обратной стороны. — Задам последний вопрос, Николас, и дам тебе время поразмыслить над ним: как об этом узнала Карина?
Глава 29
— Карина узнала обо всем с помощью твоего бывшего парня — произнес Николас, стоило мне приблизиться к нему со свернутыми чулками в руках.
Мне стало неловко от того взгляда, которым меня наградил этот загадочный мужчина. Он был строгим, ожидающим, а в последнюю секунду смеющимся.
Я выдохнула и лишь порадовалась тому, что не убрала руки за спину. Глупость, но мне показалось что дело в чулках. Совсем как тогда, когда ругают за не надетую шапку.
Ни у кого я не видела таких невероятных глаз — ясных, выразительных и умеющих передавать самые разные эмоции. Дима смотрел на меня тупо. Ладно-ладно, со взглядом телка. Дядя Андрей всегда преувеличенно внимательно, словно ждал, что я выдам что-нибудь. Фил любил картинно закатывать глаза, а Костя так словно не мог усидеть на месте.
— Я думала мы серьезно с вами разговариваем, а вы сказки мне рассказываете, — проговорила я, потянувшись к своему клатчу. — Вот уже и Филипа в бойфренды мне записали,
То, что он имел в виду Филипа в том не было никаких сомнений. С Костей в тот день он не встречался.
— Да еще и в бывшие!
— Хотел удостовериться в этом еще раз — сказал Николас, наблюдая за тем, как я убираю вещи в сумочку. — Прежде чем поведаю все остальное.
Я подняла глаза от никак не поддающейся застежки. Тонкая и практически невесомая часть гардероба не желала умещаться в не менее миниатюрной сумке. Однако, меня заинтересовали его слова. Что он придумал на этот раз?
— Зачем? Неужели думаете, что я стала бы целоваться с вами на глазах у всех, если бы у меня был парень?
— Это случилось не по твоей воле.
Не знаю почему, но сказанное заставило меня улыбнуться.
— Как знать, Николас! — поддразнила я его, так и не смирившись с тем фактом, что он проигнорировал мои просьбы не целовать меня. — Как знать!
Даже невзирая на то, каким был тот поцелуй. От него горели губы, пылали щеки, сердце билось так, словно вот-вот выскочит из груди, а мысли… Они превратились в сладкую вату.
— Но вы повторяйте себе это каждый раз, когда будете вспоминать его.
