В космосе было неожиданно и очень неприятно светло, ярче даже, чем над освещённой стороной Земли. И сейчас все видимые объекты отливали красным. В околоземном пространстве возникла звезда, багровая, разбухающая на глазах.
Скаут, выпрыгнув на аварийной тяге из расположения группы F, теперь приближался к родной планете. Навстречу ему, разворачиваясь в атакующий ордер, шли корабли Адмиралтейства. Когда Файн насчитал шесть бэттлшипов, ему стало неинтересно, и он решил не замечать мелюзгу. У Земли было решающее превосходство. Если бы корабли группы F могли что-то предпринять… Но они только начинали двигаться, неуверенно и с отключёнными помехопостановщиками.
– Наши идут в лоб, – сказал Джонни. – Самоубийство, да, шеф?
– Им больше ничего не осталось, – вздохнул Файн. – Развернуться и удрать они не успеют. А так, если нашим повезёт проскочить сквозь этот бездарный строй… Можно нырнуть в атмосферу и уйти на восток. Если бы не «Старк». Он висит как раз над Азией, прикрывает фланг орбитальных батарей. Ох, беда… Ладно, мальчики. Обещайте меня слушаться, и папа Абрам что-нибудь придумает.
– Граница мёртвой зоны, шеф. Думаю, уже можно наладить связь. Кого вам найти, Рашена?
– Нет, – сказал Файн твёрдо. – Дай мне аварийную волну для голосовых сообщений.
– Вы хотите громко крикнуть «мэйдэй»? – не веря, усмехнулся Джонни.
– Я хочу громко крикнуть: «Жопа!» – отрезал Файн.
Когда на «Тушканчике» внезапно замкнуло всё что можно и круизер превратился в огромный дорогой гроб, Ива Кендалл громко взвизгнула и инстинктивно схватилась за живот. По счастью, флагман был далеко от эпицентра взрыва, и его обшивка удержала большую часть смертоносного излучения. Но электромагнитный импульс выбил буквально все управляющие системы. Внутренности корабля погрузились во мрак. Это было по-настоящему страшно, и бесконечно долгую секунду, пока не включились дублирующие контуры, рубку заполнял многоголосый вопль ужаса.
Затем экраны и пульты ожили, и астронавты разом замолчали. В наступившей тишине раздался спокойный и уверенный голос.
– Готов доложить о повреждениях, – сказал кто-то хорошо знакомый Иве и даже в чём-то родной.
Рашен громко прокашлялся и с трудом оторвал руки от маски спецкостюма. Как и многие вокруг, он машинально прикрыл лицо.
– Пост технического контроля, лейтенант Вернер, – представился голос. – Вызываю ходовую рубку. Готов доложить о повреждениях.
– Слушаю тебя, Andrey, – сказал Рашен, шаря по контактной доске и нелепо ворочая головой из стороны в сторону. В аварийном режиме вся телеметрия проецировалась ему прямо на сетчатку, и теперь он так осматривал внутренности корабля.
– Система управления огнём в режиме самодиагностики. Получим данные о её состоянии через тридцать секунд. Центральный ствол работоспособен. Приводы отражателей – норма. Контроль отражателей – норма. Зеркала – норма. Главная проблема – облом системы в ходовой части, сэр. Утерян дистанционный контроль. Перегрев реактора сорок процентов. Медленно растёт. Выбит полностью контроль охлаждения. Разрешите идти в корму и управлять оттуда вручную.
– Как это серьёзно, Andrey? Сколько нам осталось?
– Полной нагрузки не больше часа. Потом надо катапультировать эту штуку. Единственный шанс сохранить реактор – сейчас его глушить и работать на том, что есть в накопителях.
– Нам этого не хватит даже до Земли.
– Понимаю, сэр. Я и говорю – час можете воевать. Столько я его удержу. Разрешите идти?
– Да, – тихо произнес Рашен.
– Есть доклад начальника штаба, – доложил Боровский. – В оптическом диапазоне.
– Да, – повторил Рашен.
– Потеряны круизер и три дестроера. Причина – цепная детонация. Ещё один круизер и один дестроер не отзываются, предполагаю радиационное поражение экипажей. На «Роканноне» облом системы управления огнём, выбит пост связи, перегрет реактор. Выполнять боевые функции не могу. Мой сектор накрывает туча. Прошу разрешения выйти из заражённого сектора и сбросить экипаж на аварийных модулях.
– Не только экипаж, – тихо сказал Рашен. – Передай Эссексу приказ. Сбросить всех до единого, и себя в том числе. Выполнять.
– Да, сэр.
Рашен выбил на «доске» частую дробь и снова принялся вертеть головой.
– Флагман – бригаде Attack Force, – сказал он по-прежнему не повышая голоса. Но услышали его все, кто ещё мог слышать, потому что адмирал взял на себя внутреннюю голосовую связь. – Флагман – бригаде Attack Force. Приказ – делай, как я. Для уцелевших точка встречи… Там, где мы потеряли Линду Стенфилд. Как поняли, доложить по очереди.
В наушниках раздались далёкие голоса командиров. Отозвалось только десять.
– Земляне атакуют! – доложил Фокс.
– Вижу, – кивнул Рашен.
– Оставили «Старк» отсекать нас от поверхности. Догадываются, что мы двинем на прорыв.
– И это вижу. Майк, ты слышал, что с реактором. Думай, когда начнёшь стрелять.
– Шеф, против нас будет мегадестроер. Когда я стану давить его батареи…
– Вот ты и дави расчётливо. Пусть и без реактора, но мне хотелось бы посадить корабль. Он нам ещё пригодится. Кенди? Готова?
