– Я вижу, что это действительно так, – перестал веселиться граф. Он мягко склонился вперед, подхватил руку жены и коснулся ее пальцев легким поцелуем. – Благодарю за вашу лояльность, Амелия. Пока Его Величество не принял решения на счет моей отставки, мы вынуждены будем оставаться в столице. Завтра переберемся в главный дом. Отдаю в ваши руки всех слуг, оформление гостиной и меню. Если что-то нужно будет от меня – обращайтесь без церемоний.
Амелия вновь вежливо склонила голову:
– Благодарю вас, милорд!
– Зовите меня Жак, – отозвался он, – будет странно супругам соблюдать церемонии наедине. А слуги… видят и слышат слишком много.
– Понимаю, – Амелия не удержалась от легкого вздоха, – тогда и вы зовите меня по имени.
– С удовольствием!
Они помолчали, но граф быстро разрушил неловкость:
– Благодарю вас за гостеприимство, Амелия! Сегодня я заночую в главном доме один, но очень надеюсь, что уже завтра вы займете соседнюю спальню. Не стоит давать пищи сплетникам.
– Доброй ночи, ваше сиятельство! – девушка встала, чтобы проводить супруга.
Граф не спешил – вновь поцеловал жене руку, взглянул в глаза и только тогда ушел за лакеем, несущим фонарь. Амелия смотрела ему в след и понимала – жизнь снова изменится, хочет она этого или нет.
Вечером Амели так накрутила себя, что провела бессонную ночь, а утром проспала почти до полудня. Когда камеристка все же решилась побеспокоить госпожу без звонка, девушка нехотя поднялась на подушках, чувствуя раздражение и попросила:
– Мисс Кьюри, подайте мне стакан холодного молока и крекеры, боюсь без завтрака я не смогу встать с постели.
Служанка сразу принесла легкий перекус, и горячую воду для умывания. А когда молодая графиня встала и облачилась в серое домашнее платье сказала:
– Милорд граф прислал для вас приглашение на завтрак, но вы спали. Теперь вас зовут осмотреть комнаты для переезда, чтобы решить, что вы хотите там исправить.
Амелия на секунду прикрыла глаза, выдохнула и ответила:
– Подай самую светлую шаль, и чепчик из серых лент.
Да, ей, как замужней даме дома полагалось носить чепец. Это было непривычно, к тому же практически все ее новые одежды были черными! Разве можно появиться перед супругом в траурных одеждах, пошитых по случаю его кончины? К счастью, камеристка все поняла верно и отыскала в гардеробе хозяйки светло-серую шаль с едва заметной черной вышивкой, и чепец из серых шелковых лент. Потом прихватила пачку бумаги и карандаш, чтобы записывать распоряжения, и вслед за леди двинулась к главному дому.
А там… Изгнание дядюшки прошло не так легко, как рассказывал лорд Эммет. Опрокинутые вазоны, взбитые газоны, осколки стекла на гравийной дорожке у крыльца! Амелия покачала головой и спросила:
– Мисс Кьюри, кто в доме отвечает за уборку сада и дорожек?
– Главный садовник и его помощник, миледи!
– Пошлите за ними!
Старательно держа спину прямо, Амелия вспоминала матушку, ежедневно обходящую дом и все службы. Придется скопировать ее выражение лица, жесты, поведение. Леди дю Боттэ, законная хозяйка дома, каждый слуга должен знать, от кого здесь зависит его благополучие!
Двери ей никто не открыл. Намекают? Амелия встала в центре холла и закричала:
– Милорд!
На голос появились любопытные, что-то где-то упало и на галерее второго этажа появился слегка встрепанный граф:
– Миледи? – в голосе Эммета-Жаккарда звучал вопрос.
– Прошу вас, громко и четко повторить то, что вы сказали мне вчера на счет управления домом и хозяйством! – потребовала Амелия, пылая праведным гневом.
Граф понял. Он выпрямился, поправил домашнюю куртку и громко сказал:
– Леди Амелия, вы полноправная хозяйка этого дома. Ваше слово в нем равно моему! Деньги на ведение дома, ключи, счета, все будет у вас! В вашей власти принимать и увольнять кого угодно, а также переделывать комнаты, открывать кладовые и вести этот дом как вам заблагорассудится!
– Благодарю за доверие, милорд! – ответила девушка, приседая в реверансе. – А теперь, я желаю увидеть дворецкого, экономку и всех слуг! Здесь и сейчас! – для пущего эффекта Амели притопнула ногой и взглянула на часы.
Жак смотрел на свою молодую жену сверху и мысленно ей аплодировал. Умница! Сразу показывает кто в доме хозяин и отсеивает тех, кто хранит верность его дядюшке. Слуги явно подслушивали, потому что вскоре ручеек людей в униформе потек изо всех дверей.
Выстроились они по старшинству. Дворецкий, экономка, повара не было, поэтому рядом с худощавой чопорной дамой встали рослые лакеи, потом помощники повара, горничные, поварята и мальчишки-посыльные. Всего пятнадцать человек.
Эммет внимательно рассматривал людей и пытался подсчитать, сколько же в особняке слуг, если дядюшка и кузина забрали своих личных камеристку и камердинера, повара, кучера, и пару лакеев? А ведь тут стоят не все! Нет истопника, садовника, привратника… Ой-ей, справится ли Амелия с таким количеством подчиненных?
