Нечаянное замужество полностью

Прикосновения — смелые и не оставляющие сомнений, что мужчина искренне считал, будто имел на это полное право, неожиданно сменились аккуратными, почти осторожными, легко заскользившими по складкам одежды, замедляясь на самых чувствительных местах, словно чтобы я смогла прочувствовать их движение каждой клеточкой.

И я чувствовала. Даже через плотную ткань платья. Пыталась перехватить ловко уходившие от моих пальцев мужские ладони и скоро уже сбивалась с шагу даже сильнее, чем постоянно спотыкавшийся и в очередной раз прижимавший меня к стене д'Арно.

А тому моменту, когда нам удалось, наконец, добраться до дверей герцогских комнат — мне уже казалось, что то виски мы с опекуном пили вместе: голова шла кругом, среди мыслей царил полнейший сумбур, тело пылало огнем и совершенно отказывалось повиноваться.

Филиппа в комнатах не обнаружилось. Даже… не знаю, огорчило ли меня это или обрадовало: слишком уж двусмысленно было сейчас все происходящее.

Хорошо, что хоть догадался разжечь камин, и теперь не было страха снести здесь в темноте что-нибудь ценное и бьющееся.

Последнее усилие — и д'Арно рухнул на кровать.

— Рози… — опекун притянул меня за плечи так неожиданно, что я только и успела упереться ладонями в постель над его плечами. Волосы упали по обе стороны от меня, укрыв нас обоих покрывалом и окружив полумраком, среди которого я видела только мерцавшие передо мной глаза герцога. — Останься со мной… — прошептал горячо и вдруг резко подался ко мне и поймал губы своими.

Короткий и нежный поцелуй обжег еще сильнее, чем тот властный и грубый, который случился в лесу у алтаря.

— Нет, никогда!.. — я отпрянула, задохнувшись от бури неизвестных ощущений, за одно мгновение горячим вихрем пронесшихся по телу.

Его ладони соскользнули с плеч, больше не удерживая, и я отскочила к двери, позволив себе быстро оглянуться на герцога лишь тогда, когда рванула на себя круглую резную ручку.

Он спал.

Лицо все еще было повернуто в мою сторону, но веки уже были плотно сомкнуты, а глубокое размеренное дыхание рассеяло последние сомнения.

Я надеюсь, он все же не вспомнит завтра ничего…

Грегори дождался, пока шаги девушки, споткнувшись пару раз, торопливо пересекут гостиную, и хлопнет дверь. Затем открыл глаза, сложил руки на груди и, подперев подбородок, сосредоточенно уставился на нависший над головой полог, среди темных зеленых волн которого играли отблески огня из камина. Итак… Оружия с собой она не носит. Он проверил везде.

Правда: после сегодняшней проверки может и изменить правилу, но исключительно в целях самообороны.

Герцог задумчиво провел по чуть выступившей на подбородке щетине, легко поднялся с кровати и твердым шагом прошел к зеркалу, на ходу скинув разивший виски камзол и небрежно отбросив его в сторону.

Дышать сразу стало легче. Пальцы ловко развязали шейный платок, отправив его следом за камзолом, жилет, затем коснулись скрытых мелким жабо пуговиц. И замерли, когда герцог поймал собственный внимательный взгляд в зеркале.

— "Самый невозможный муж, которого только можно вообразить", — повторил он вполголоса. — Зачем же ты выбрала себе самого невозможного, дорогая?..

Он отвернулся, сделал несколько шагов по спальне, одновременно рассеянно расстегивая рубашку.

Действия Леноры были загадкой даже сейчас. Чего она на самом деле добивалась?.. Он предлагал ей деньги, но она не пожелала взять их. Не спешила она и со скандалом — навлечь на ненавистного герцога гнев короля. Это было бы не разумно, конечно, но… хотя бы объяснимо.

Зачем она приехала в Арно под маской Розалинды и так до сих пор ничего и не предприняла?

Грегори дал ей достаточно времени и свободы для этого.

Выжидает?

Чего?..

Пока он отделается от помолвки с Кассандрой, чтобы сразу заявить свои права на место герцогини д'Арно?

Вот только совсем было не похоже на то, чтобы Ленора желала становиться его женой на самом деле…

— "Нет, никогда", — припомнил Грегори. И то, как она отшатнулась от него, когда он привлек ее к себе… Нет, становиться его женой во всех смыслах — у Леноры в планах не было.

Но для чего-то же она замуж за него вышла…

— "Любовь к этому мужчине", — Грегори попытался воссоздать ту же невинную искренность, с которой Ленора произнесла эти слова, но у него ничего не вышло. — Я недооценивал тебя, дорогая, — пробормотал он невесело в тишину, нарушаемую лишь потрескиванием дров камине. — Ты еще гораздо более лучшая актриса, чем я думал…

Его глаза остановились на смятом покрывале огромной, приглашающе раскинувшейся перед ним кровати.

Какая жалость, что нельзя покончить с этим притворством прямо сейчас.

Заставить эту строптивую девчонку встретиться лицом к лицу с последствиями своего опрометчивого поступка. Если придется — связать ее тонкие запястья также, как она тогда связала его, но только не грубой веревкой, а чем-нибудь более нежным и более подходящим для леди. Дать ей понять, что муж — это не безделушка, которую можно по желанию убрать с глаз долой за ненадобностью.

Сорвать с нее одежду и…

Нет…