Митрополит Агафангел, возвращаясь из ссылки, из Перми от 18 апреля 1926 г. обратился с посланием ко всей Церкви и к митрополиту Сергию, как заместителю, при частном письме, в котором, опираясь на свое заместительство, переданное ему еще Патриархом при удалении его от управления Церковью, и на завещание Святейшего о местоблюстительстве, в котором он был указан вторым кандидатом, объявил себя Местоблюстителем Патриаршего Престола. Митрополит Сергий, получив от митрополита Петра ответ на свое уведомление о выступлении митрополита Агафангела, в своем письме к нему пишет, что митрополит Петр «совершенно определенно заявил, что он считает обязательным для себя оставаться Местоблюстителем, хотя бы был не на свободе, а назначенный им заместитель несет свои обязанности до окончания дела митрополита Петра». Взгляд митрополита Петра на дело был правильный, ибо основания, на которые опирался митрополит Агафангел в объявлении себя Местоблюстителем, имели свое значение только в определенное и на определенное время: первое – после удаления Патриарха от дел Церкви и совсем теряло свою силу с восприятием церковной власти Святейшим после освобождения из темницы, а второе – непосредственно после смерти Патриарха и до восприятия прав умершего Местоблюстителем Петром. Но митрополит Сергий, в принципе, можно думать, согласный с мнением митрополита Петра, вероятно, боясь как бы поспешным шагом не произвести нового церковного нестроения, особенно, имея в виду почтеннейшую личность старейшего иерарха, митрополита Агафангела[7] уже увенчанного изрядным подвигом исповедничества, счел для себя неудобным заявить митрополиту Агафангелу о твердости своих прав, сославшись на митрополита Петра, а наоборот, пишет ему, что он, несмотря на нежелание митрополита Петра, ни минуты не колебался бы передать ему управление Церковью, если бы указанные им права на то были бесспорными и предлагает вопрос этот разрешить Собором Архиереев. Здесь уже выявляется иное отношение митрополита Сергия, как заместителя к воле Местоблюстителя, выраженной из тюрьмы. Если в своем первом письме к архиепископу Григорию митрополит Сергий, желая указать основание, почему он не может сложить с себя обязанности заместителя, имея в виду условность резолюции митрополита Петра об учреждении «коллегии», писал, что «резолюция Патриаршего Местоблюстителя не имеет такого характера, той безусловности и решительности, какие обычны для всех начальственных распоряжений, требующих от подчиненных точного исполнения», то теперь по делу митрополита Агафангела он, уже имея у себя волю Местоблюстителя не условную, а безусловную и решительную, однако не находит для себя необходимым неуклонно следовать ей, а желает услышать голос епископата, конечно, не всякого такого собрания, но только возглавляемого им, каноническим Первоиерархом Церкви. Таким образом, каноническая Истина стала выясняться с другой стороны, чем казалось ему прежде. Скоро потом, опираясь на голос епископата митрополит Сергий уведомил митрополита Агафангела, что каноническое право его на местоблюстительство он считает утратившим силу 22-го мая, вероятно, осведомленный односторонне, а может быть и лицами оппозиционно настроенными к митрополиту Сергию Местоблюститель в своем письме из Перми к митрополиту Агафангелу «просил его для блага Церкви и для устранения раздоров в ней принять на себя исполнение обязанностей Патриаршего Местоблюстителя», а в письме оттуда же от 9 июня подтвердил ему свою просьбу (послание Местоблюстит. 1 января 1927 г. Пермь). Архиепископ Агафангел, во исполнение воли митрополита Петра, снова выступил в роли Местоблюстителя. Но митрополит Сергий, опираясь на епископат, счел себя не вправе передавать Церковное Управление. И здесь нельзя отрицать правильности действий митрополита Сергия. Всероссийский Московский Собор не предоставил Патриарху права назначать в известных случаях патриарха вместо себя, а только – при жизни своей – заместителя, а на случай смерти – Местоблюстителя. В виду этого и Местоблюститель, митрополит Петр едва ли был прав, хотя будучи в ссылке, отказываться от Местоблюстительства, воспринятого им канонически, в пользу митрополита Агафангела только потому, что он был назначен Патриархом первым его заместителем еще в 1922 г., имея уже действующего на свободе своего законного заместителя, митрополита Сергия, ни от которого, ни от епископата не было донесений ему о желательности перемены возглавителя Церкви в виду крайней нужды того в ней. Поэтому митрополит Сергий, на предложение митрополита Агафангела сдать ему дела управления, отказал ему в том. А когда митрополит Агафангел настаивал на своем предложении, то митрополит Сергий в своем последнем ему ответе, как ultima ratio своих действий, указал на то, что Местоблюститель, находясь в тюрьме или ссылке, является только титулярным Местоблюстителем и не может делать распоряжений по управлению Церковью, иначе им будет вноситься в церковную жизнь только хаотическое начало, и предупредил его что если он не отменит своего распоряжения о вступлении в Местоблюстительство и не сделает должного указания о поминовении в своей епархии Местоблюстителя митрополита Петра, то он вынужден будет применить к нему канонические меры прещения. Митрополит Агафангел отказался исполнить волю митрополита Петра и уведомил о том митрополита Сергия телеграммой, а Местоблюстителя письмом от 12 июня 1926 г.
