Пока мне везло, я уже третий час шел по лесу и единственной неприятностью на моём пути, были вездесущие мошки и норовившие выцарапать глаза ветки. Ярость, придававшая мне силы, постепенно утихала, а усталость наоборот, начинала усиливаться. Словно я был сосудом, в котором одна жидкость, постепенно сменяла другую.
Решив, что пора уже начинать путать свои следы, чтобы иметь возможность с наступлением темноты поспать хотя бы часа 3, я свернул вбок и прошел ещё пару километров. Всё еще не таясь и оставляя после себя примятую траву и обломанные ветки.
Решив, что этого достаточно, я остановился и утолил жажду, после чего достал клочок бумаги с самодельной картой и глядя на него, принялся вспоминать весь свой маршрут, чтобы понять, где я сейчас нахожусь и в какую сторону мне нужно идти.
С ориентированием на местности у меня проблем не было, поэтому я довольно быстро разобрался с этим вопросом и прикинув маршрут, который мне необходимо пройти, удивленно присвистнул.
Мне предстояло преодолеть почти 40 километров. Причем по самой различной местности, начиная от густых лесов и заканчивая равнинами и руинами, разрушенных поселений. Последнее меня особенно сильно напрягало, сразу вспомнилась засада одичавших и убитая ими мурка.
Я почувствовал, как непроизвольно сжались мои кулаки, от вновь накативший на меня волны ярости. Чертов мир, в котором люди только и думают, как истребить себе подобных и волокут жалкое существования, на руинах некогда развитой цивилизации.
А ведь человечество могла выбрать другой путь! Вместо разрушения и самоуничтожения, развиваться и жить, в гармонии и согласии.
Так стоп! Одернул я себя. Гном был прав, если поддаться ярости, то она меня погубит, вот даже сейчас, вместо того, чтобы идти дальше, отрываясь от преследователей, я стою как дурак с крепко стиснутыми кулаками и попусту теряю время.
Сделав пару глубоких вдохов и выдохов, я немного успокоился и убрав клочок с картой, сменил направления и пошел, не оставляя за собой следов.
Скорость передвижения при этом упала почти в два раза, но мои преследователи, даже если среди них будет какой ни будь опытный следопыт, круче чем Чингачгук, всё равно потеряют гораздо больше времени, отыскивая мои следы. Поэтому не смотря на упавшую скорость передвижения, я в любом случае был в выигрыше.
Так я шел до тех пор, пока не начало смеркаться. Идти дальше светя себе фонарем я не стал. Дело было не в боязни демаскировать себя его светом, мне необходим был отдых, усталость навалилась на меня в полную силу.
Встав на поваленный стол дерева, я принялся думать, где мне устроить себе ночлег. Поразмышлять было над чем, поскольку я остался один и мой сон было некому охранять, значит нужно придумать что-то максимально безопасное.
По мимо того, что меня возможно преследовали штурмовики в черной броне, тут водились и другие хищники, представляющие опасность для человека. Мне пока везло встречать только следы волков и медведя. Но за последнее время я видел слишком много смертей, которые показали, что человеческая жизнь, может закончиться в любую секунду и чем-то напоминает хрупкую вазу, которую следует тщательно беречь. Поэтому полагаться за одно везение, было глупо и я напрягал свои усталые мозги, думая, как лучше обустроить себе ночлег.
Перебрав несколько вариантов, я остановил свой выбор на одном из них и отправился дальше, внимательно осматривая деревья, в быстро начинающим погружаться во тьму лесу.
Найдя подходящее мне дерево, с большой, раскидистой кроной, я залез на него и спрятавшись в густой листве, привязал себя к стволу дерева, чтобы не упасть во сне.
Выбор места для сна был спорный, с одной стороны, если враги все же нагрянут сюда и обнаружат меня, я не смогу убежать и скорее всего буду убит. Но с другой стороны, мне не нужно было переживать, что пока я сплю мною полакомиться какой-нибудь ночной хищник.
С преследователями тоже всё получалось не так однозначно. Во-первых, им ещё нужно найти мои следы, которые я старательно не оставлял. А даже если они чудесным образом их изредка находили и шли за мной, то вряд ли они тщательно осматривали каждое густое дерево, которых тут было десятки тысяч.
Успокоив себя подобными мыслями, я отбросил последние сомнения, относительно правильности выбранного мою места для ночлега. Быстро прожевав немного пищи, я практически сразу отключился, провалившись в глубокий сон, без сновидений.
Проснулся от того, что у меня затекло и болело практически всё тело, но больше всего болели ноги. Борясь с диким желанием пошевелиться, чтобы разогнать кровь по телу, я потратил пару минут, прислушиваясь к звукам леса.
Вокруг всё ещё было темно и ночь царствовала в полную силу, не желая уступать утру. Звуки ночного леса были натуральными. Я не услышал ничего, что нарушало их природную гармонию. Свежий воздух с непередаваемыми ароматами леса, имел примесь озона.
Я тяжело вздохнул и отвязавшись от дерева, аккуратно сменил позу, стиснул зубы и мысленно матюгаясь от болезненных коликов, которые атаковали мои онемевшие ноги.