– Я не просто расскажу вам историю, ведь этим вас не удивишь. И конечно, надо помнить, что в каждой истории заключен не один смысл… и не одна правда. – Тетя Сьера взяла у Эллы сосуд, но жестом попросила ее не уходить. – Кого вызовем? Леди из Байю в Новом Орлеане? Или Голодного Человека, который стучится во все двери, пока его не впустят, чтобы покормить? Может быть, Смертоносную Мейбл из Французского квартала, которая заманивает и убивает празднующих Марди Гра? Любому из этих духов есть что рассказать.
Все загалдели, выкрикивая разные имена. Тетя Сьера незаметно подмигнула Элле и чуть слышно спросила:
– Кого вызовем?
– Леди, – одними губами ответила Элла.
– Леди из Байю, которая, по легендам, укротила всех болотных тварей. – Крестная подняла вверх листок бумаги. – У кого красивый почерк?
Она выбрала Усмана, чтобы он написал на бумаге полное имя Леди, затем, забрав у него листок, поднесла его самым краешком к фитилю горящей свечи и подождала, когда он воспламенится.
– Усман, поможешь? – Тетя Сьера бросила горящий листок в призывающий сосуд и отдала мальчику: – Закрой поплотнее.
Ингредиенты в сосуде тлели, шипели и, колыхаясь, закручивались в маленький темный ураган.
– Что происходит? – спросила Клер.
– Леди приближается, – ответила крестная.
У Эллы от волнения сердце подпрыгнуло в груди.
Ураган стих. Тетя Сьера забрала сосуд у Усмана, открыла, и наружу вырвались клубы дыма, принявшие облик чернокожей женщины в белом платье.
– Леди из Байю, в канун Дня всех святых мы нижайше просим тебя рассказать нам историю. Расскажи все как было, поправь тех, кто ошибается. – Тетя Сьера поклонилась духу.
Женщина-призрак широко раскинула руки и глубоко вдохнула:
– Пусть болтают, что я злодейка и виновна во всем… Я расскажу то, что вам неизвестно, то, как все было на самом деле. Приклоните ко мне ваш слух.
Элла, настоящий Свет – белый, а твой – неправильный.
Большие окна в комнате Эллы и Бриджит покрылись ноябрьской изморозью. Мисс Пейдж запустила к ним порхающий огонек. Он сверкал и потрескивал в воздухе, распространяя тепло. Приняв душ и обернув влажные волосы любимым шарфом, Элла достала из сундука мамины рукочески и плюхнулась на кровать.
Бриджит подняла голову от уроков – у нее на столе скопилась высокая стопка бумаг.
– Что ты собираешься делать?
– Прическу, – ответила Элла.
– А это…
Крышка на пружинке распахнулась.
– Да.
Из одного отделения Элла вынула флакон с кокосовым маслом, из другого – баночку с гелем. Потом капнула немного масла на рукочески, и те ожили, потянулись, затрещали суставами.
– Я никогда раньше не видела, как ты это делаешь. – Бриджит поднялась со стула.
– Ты просто не обращала внимания.
Элла стянула шарф с волос, и точная копия маминых прекрасных смуглых рук тотчас подхватила густые пряди и принялась разбирать их и расчесывать.
Не реагируя на любопытный взгляд Бриджит, Элла достала последнее письмо от Мастерджи Такура.
Дорогая Элла,
спасибо за внимание. У меня все хорошо, но, думаю, пока наши личные встречи лучше отложить на какое-то время. Надеюсь, тебе нравятся книги, которые я посоветовал почитать, мы их обязательно обсудим.
Увидимся в классе.
И все-таки она беспокоилась.
Бриджит присела на край ее кровати, не отрывая глаз от рукочесок. Элле захотелось сказать, что садиться на чужую кровать неприлично… по мнению бабули. И глазеть – тоже неприлично. Элла вздохнула и опустила письмо.
– Ты что, никогда не видела, как делают прическу?
– Видела, но… не летающими руками.
– Это чародейский фокус. Можно сделать копию рук в парикмахерской или салоне красоты. Потом мама их обучила. Теперь, где бы я ни находилась, мои волосы всегда в полном порядке.
Элла вдруг поняла, что соскучилась по маме. О ней напоминали и запах масла, и знакомые прикосновения. Казалось, стоит только оглянуться, и увидишь за спиной маму.
Бриджит слабо улыбнулась уголком рта.
Элла попыталась сменить тему.
– Мы будем решать что-то с… – Она показала на шкаф Бриджит. – С этим?
Она все время думала, что делать с Фестом, и жалела его, поскольку он сидел взаперти уже несколько недель.
– Ему нельзя доверять. Я пыталась с ним поговорить, но он все время врет. – Бриджит скрестила руки на груди. – Может, оставить его там навсегда?
– Или еще расспросить? – Элла, выгнув шею, оглянулась на шкаф, но рукочески тут же повернули ее голову обратно, чтобы не вертелась. – Выясним, кто тебе его дал.
– Даже не знаю. – Бриджит заходила по комнате.
Рукочески закончили работу и улеглись обратно в свое отделение. Бриджит окинула оценивающим взглядом две толстые косички:
– Красиво.
– Спасибо. Ты готова?
– Нет.
– Да ладно тебе.
