Необычайны полностью

Элла ощутила, как в груди разливается знакомое тепло. Это было ощущение дома.

Оставалось только разобраться, что здесь происходит.

Две недели спустя Элла шла по коридору к башне «Гидра», сжимая в руке камею-чародею и размышляя, не вызвать ли маму, чтобы рассказать о том, что случилось с Мастерджи Такуром. Она так и не поняла, что тогда произошло. Он не отвечал на звездные письма и не вел уроки. Необычайн-директор Ривера сказала, что у него очень сильная простуда, но Эллу мучили подозрения, и она не могла заставить себя поверить этому. Вот мама поняла бы, что делать и как помочь Мастерджи Такуру. Может быть, она пришлет заклинание, от которого ему сразу полегчает?

Элла обогнула ребят, которые вытаскивали из спален свои чудо-чемоданы. Неужели все уже уезжают на зимние каникулы? Элла вдруг поняла, что очень скучает по Джейсону. Как же ей хотелось поговорить с ним!

– Не бегай! – крикнул ей робот.

Но Элла не обратила на него внимания, она спешила к себе в комнату. Стремительно повернув за угол, девочка налетела на Клер, которая несла в руках вестибокс. Аппарат подлетел в воздух, упал и развалился.

– Зубы звезды! – Клер попыталась сложить обломки вместе. – Что ты наделала!

– Извини! – Элла подобрала рукоятку и разбившуюся лампочку. – Я тебя не видела.

– Блин, теперь придется просить папу прислать еще один. – Клер прижала к себе сломанный вестибокс. – Ну и разозлится же он!

– Скажи ему, что это из-за меня. Я заплачу, – виновато сказала Элла, чувствуя, как колотится сердце.

– У тебя хоть необычайные деньги-то есть? – Клер окинула ее взглядом от макушки до пяток.

Эти слова больно задели Эллу.

– Конечно.

– Папа их все равно не возьмет. Он не хочет, чтобы я даже разговаривала с тобой. Но про этот случай я ему расскажу.

Клер встала и ушла, а Элла, не особо задумываясь об ее угрозе, побежала дальше. В «Гидре» взлетела по лестнице, перепрыгивая через две ступеньки, и ворвалась в комнату с криком: «Бриджит!»

Но расстроенная Бриджит была занята тем, что швырялась в Феста всем, что попадалось под руку.

– Что случилось? – Элла нырнула за ствол бутылочного дерева, уворачиваясь от летящих предметов.

– Оказывается, кое-кто за мной следил!

– Успокойся! – крикнул Фест, размахивая тряпичными ручками из-за кровати. – Это был не я!

– Что происходит? – сказала Элла. – Я думала, ты его простила.

С тех пор как Бриджит нашла гелиограмму своей бабушки, она сильно изменилась. Девочки допоздна слушали рассказы Феста. Бриджит стала внимательней вести себя на уроках, задавала вопросы о необычайнах и их чудесах. Казалось, она наконец начала привыкать к мысли о том, что ее место здесь.

Но сейчас подруга продолжала швыряться:

– Я думала, он говорит мне правду!

– Так оно и есть! – Фест замахал карточкой, показывая ее Элле.

Карточка была ярко-красная, как леденец, и то и дело вспыхивала, словно мигалка на полицейской машине. Сообщение об обязательной встрече.

Элла аккуратно вынула карточку из руки Феста, стараясь особо не приближаться. Она все еще опасалась говорящей куклы. Потом просмотрела сообщение.

Бриджит забегала по комнате:

– Значит, за мной следит мой похититель из детей звезд. Я его тоже в шкафу запру, честное слово.

– Дети звезд умеют менять размер, он легко проскользнет в щель под дверью, – сообщил Фест.

Бриджит метнула в него второй ботинок, но клоун ловко увернулся, сделав колесо, – только бубенчики на шляпе зазвенели.

– Ты опоздаешь, – сказала Элла.

– Я туда вообще не пойду.

– Надо пойти. – Элла положила руку подруге на плечо, и та вздрогнула, приходя в себя. – Я схожу с тобой.

– Но я не хочу!

– Если не пойдешь, у тебя могут отобрать спицы.

Глаза Бриджит наполнились слезами, и она торопливо их смахнула. Элла обняла ее.

Карточка побагровела, словно от злости.

– Надо пойти, – повторила Элла.

Бриджит вздохнула, потом оглянулась на Феста:

– Жди меня здесь.