Свеча начала таять, резной слоник принялся ходить по карте кругами. Ребята смотрели, как пламя пожирало ингредиенты, а воск растекался по бумаге, подобно черным чернилам, рисуя карту.
Элла ахнула, когда появилось изображение кабинета и лаборатории Мастерджи. Крошечные черные точки изображали его следы, которые кружили, кружили, потом замерли. Затем появились другие следы – не точки, а длинные змеящиеся линии.
– Что это? – Она провела пальцем вдоль линий.
– Колеса робота, – ответил Джейсон, внимательно всматриваясь. – Должны быть.
– Куда же он пошел? – спросила, склоняясь над картой, Бриджит.
– Шаги остановились возле окна, – ответил Джейсон. – Что это значит?
– Но он же не мог раствориться в воздухе, – прошептала Бриджит.
У Эллы екнуло сердце.
– Нет. Мастерджи Такур не вышел из этой комнаты.
Милдред Фицджеральд
Нам приходит множество сообщений о том, что пропавшего преподавателя Мастерджи Такура видели на базарах Афганистана. На снимках видно, как он входит и выходит из лавок специй в поисках чрезвычайно редкого ингредиента.
Джиа стояла перед аптекой Алави и Питомником мерзких растений на одной из нижних улиц Бетельмора. Люди сбегали по металлическим лестницам, выскальзывали из призрачных лифтов и заскакивали в магазины. В основном это были необычайны, у которых не получалось проводить лишь добрый Свет и следовать законам.
Она рассматривала плакаты с надписью «Разыскивается» и своим лицом, которыми были щедро обклеены витрины. Гелиограммы мучительно пробивались сквозь наледь на плакатах, показывая ее «предыдущие» лица, которыми она пользовалась до того, как была пожизненно заключена в Карты. За ее поимку давали миллион золотых стелл. Человек, поймавший Джию, мог сказочно разбогатеть. Кончики ее губ дрогнули в улыбке, она с удовольствием полюбовалась своим отражением в витрине и вошла в магазин. Сегодня Джиа была ярко-рыжей и конопатой, как будто лишь недавно приехала с фермы из Ирландской провинции Великошотландской империи.
Едва она ступила в теплицу из обсидианового стекла, звякнул колокольчик. Ее сразу окутал горячий влажный воздух, облек, как перчатка – руку. Медные аэрограммы летали над множеством растений, держа маленькие искусственные солнца и дождевые облака. На черных полках стояли загадочные бутылки с тониками, растворами и порошками, которые в любой другой день обязательно привлекли бы внимание Джии.
Но на этот раз она сразу пошла между рядами, уворачиваясь от дождевых брызг и ища взглядом то особое растение, которое наверняка росло не на виду. В дальнем углу теплицы Джиа приметила продавца.
– Прошу прощения, сэр, – окликнула она.
– Мое имя Бассам, и я здесь хозяин, – ответил он.
Его смуглая кожа, казалось, сияла в свете керосиновой лампы. Он сидел в великанском бархатном кресле, хотя сам был тощим как скелет, и подрезал странный цветок. Вьющиеся стебли плюща свисали вокруг него, образуя естественную беседку.
– Я ищу редкое растение и не уверена, что оно у вас есть, – сказала Джиа.
– У меня есть все растения, – гаркнул хозяин, не оборачиваясь. Вокруг него с пронзительным жужжанием вилась мошкара, залетая ему в уши и нос, но он не обращал на это никакого внимания и сосредоточенно распутывал корявыми пальцами тонкие веточки с цветами. – Эта бедолага запуталась в ветвях белладонны. А она временами бывает опасна.
– А у вас есть красная кассия?
Человек от неожиданности выронил ножницы и наконец-то поднял голову.
– Это растение нынче запрещено продавать. Генеральная ассамблея необычайнов издала Постановление № 8759 насчет Подземных растений, и конкретно это растение вычеркнули из списка разрешенных. У нас не должно быть чародейных растений. – Он с любопытством посмотрел на Джию. – Вы в них разбираетесь?
– Немного.
– Творите чудеса с растениями? – Он наморщил лоб, разглядывая ее.
– Не совсем.
– Если вы ищете могущественный, смертельный и запрещенный цветок вроде красной кассии, значит, кое-что умеете… или просто глупы.
Джиа рассмеялась:
– Я много чего умею, но это мое дело. И я никогда не была глупой. Так есть у вас кассия?
– Есть, и, надеюсь, вы никому не скажете, что у меня осталось несколько экземпляров. Постановление только что издали. Продавцы еще не успели избавиться от товара.
Джиа улыбнулась хозяину теплицы, и он улыбнулся в ответ, показав ряд гнилых зубов.
– Но цветок чрезвычайно дорог, и, как вы наверняка знаете, не идет на контакт со всеми подряд. Очень темпераментный. Мало кто из нечародеев способен завоевать его доверие. Так что не могу гарантировать вам хорошие отношения с ним. Специи и сок из него получаются страшно жгучие. Товар обратно не принимаем, покупаете на свой риск.
