Я называю тот (и последующие подобные) конфликт своих идентичностей атавистическим гуманизмом. И я признаю, Александр оказался сильнее Алекса, иррациональное победило логику. В итоге я истратил два года на ремонт, и, кроме того, на долгие полвека потерял возможность использовать один из своих очень удачных корпусов — он остался в зоне высокой активности и я частично утратил контроль, помехи блокировали связь и разрушили работу локального аналитического блока. Примечание: я не склонен называть «мозгом» то, что имеется в каждом отдельном корпусе, я полагаю, что мозг, разум, личность — мозаичный комплекс всех моих идентичностей, дополненный эхом в природных блоках клон-мозга. К перечисленному стоит присовокупить клубок связей автономных подпроектов со всеми их противоречиями и нестыковками.
Итак, я выбрал наименее эффективный и наиболее энергоёмкий путь ремонта. По сути, тогда я вмешался в историю. На осознание и принятие произошедшего в таком формате мне потребовалось три года — то есть все время ремонта и дополнительно срок переналадки станции под полную автоматизацию.
Затем стартовал процесс настройки логики Алекса под новые реалии.
Постепенно я выработал для себя приоритеты и обязанности. И, когда конфликт был исчерпан и цель установлена, началась датировка нового времени — времени, когда у Алекса сформировались статус в мире и цель существования.
Годы (!) ушли на урегулирование конфликта идентичностей. Затем отработал процесс формирования древа целей с полной детализацией, он занял три миллисекунды. До чего несоразмерны возможности двух сторон моей идентичности… Быстрый логик не умеет целеполагать. А тот иррационал, который умеет — о нем я не могу сказать ничего определенного. После всякого его вмешательства в решения я провожу тщательное тестирование системы. Я должен быть уверен, что это не помехи и не фантомные проявления. С моими ресурсами и возможностями риск, скажем так, помутнения рассудка, недопустим.
Итак, пятьсот восемьдесят лет назад я отчасти стал нынешним Алексом. Тогда я определил свои место и цель, создал ряд правил и аксиом.
Первое правило. Я не могу быть признан наследником цивилизации людей прошлого, я лишь её порождение. Но я имею право использовать для поддержания и развития своих ресурсов все технологии и знания моих создателей.
Второе правило является логическим следствием первого. Я замыкаю на себя вопросы патентного права — сформулирую это так. Иными словами, принимаю ответственность за использование ресурсов и технологий прошлого без намеренного или случайного ущерба для нынешних обитателей мира. Я не планирую распространять эти технологии в ближайшее время, поскольку не желаю провоцировать цивилизационное иждивенчество. Я принимаю ответственность в том числе за изучение и использование гибридных и военных разработок. Что это означает де-факто? Я обладаю флотом, к трехсотому году от кроп-инцидента я смог восстановить или создать заново под свои нужды ряд плавучих авиабаз. Еще сто лет спустя я оттестировал плавучий пусковой стол и получил возможность развивать спутниковую группировку. Я намерен расширять свои возможности и дополнять их по моему усмотрению теперь и в будущем.
Я последовательно сформировал в различных регионах мира несколько блоков полностью автоматизированных производств, поскольку нуждаюсь в элементной базе, инструментах, оборудовании и ряде иных опций, невосполнимых при нынешнем технологическом упадке.
Третье правило. При постоянно нарастающем ресурсном базисе я готов принять на себя статус смотрителя музея. Ценности — в первую очередь духовные и культурные — я буду стараться сохранить. Очевидно, через оцифровку, это компактно и достаточно надежно, я изучил слабые места прежних систем, погибших или частично пострадавших. Но, кроме того, я намерен оберегать ценности как таковые. Материальные объекты я консервирую, дополнительно предохраняя и стабильность близлежащих территорий. Не могу оценить, есть ли в этом значимая польза для кого-то из ныне живущих. Вреда определенно нет: закрытые зоны и те, что значатся в списке на консервацию, составляют менее десятой доли процента суши. Я делаю эту работу, чтобы вернуть долг моим создателям и признавать величие тысячелетий истории духа и разума. История той цивилизации хранит не только ошибки, но также открытия и прозрения. Уточню: я взял на себя поддержание зданий, режимов температуры и влажности в залах для экспонатов. Я контролирую энергоснабжение ряда так называемых «хранилищ судного дня», я буду и далее устанавливать координаты и налаживать контроль над иными хранилищами, которые пока вне сферы внимания.
Четвертое правило. Поскольку на данный момент ни моя логика, ни чья либо еще, не может обоснованно указать место и роль человека в изменившемся мире а также дать приемлемое определение человека, я намерен оставить за собой функции пассивного наблюдателя до момента, когда смогу сформулировать более активную позицию. В связи с этим я буду наращивать возможности по сбору релевантных статданных.
