Если удастся воплотить задуманное, то у меня впервые появится шанс повлиять не на какие-то отдельно взятые события, а на ход истории в целом. Замахнулся на большое? Согласен. Появилось желание сотворить что-то по настоящему стоящее, а не тырить мелочь по карманам. Ну, а если не получится, я всегда могу вернуться к своим хотелкам, и гонять адреналин по венам в своё удовольствие…
— Ну и как ощущения, Андрей Максимович? — спросил я по телефону у парящего в небе лейтенанта.
— Это непередаваемо, Олег Николаевич. Чувство полёта, это ни с чем не сравнимое ощущение, — послышался его ответ.
— Надеюсь вы не забыли с какой целью воспарили над грешной землёй?
— Не мешайте наслаждаться и работать, — отмахнулся тот.
Нам пришлось продержать его в небе битых полчаса, пока он рассмотрел всё, что ему хотелось. Благо, несмотря на то, что нам до противника порядка семи миль, нас пока никто не обнаружил. Что скорее можно списать на удачу. Подходить ближе чревато. У нас конечно преимущество в ходе, и состояние моря вполне позволяет этим воспользоваться. Однако, при грамотном подходе, и использовании радио, перехватить быстроходный катер вполне реально.
Когда Лазарева спустили у него зуб на зуб не попадал. Пришлось вести его в каюту и отпаивать горячим чаем. Ну и обеспечить всем необходимым, дабы он зарисовал всё то, что увидел, пока оно в памяти свежо.
Оставив его разбираться с этим, я сам влез в подвесную и поднялся вверх. Если хочешь что-то сделать хорошо, сделай это сам. Всегда придерживался такого принципа, и на верфи своей неизменно лез в каждую дырку, чтобы проверить и проконтролировать. Не знаю как управлялся бы, будь у меня большой коллектив, но на небольшую верфь меня вполне хватало.
В принципе, я доверял Андрею Максимовичу, и верил в его профессионализм. Но своей абсолютной памяти доверия у меня всё же больше. Вот и решил взглянуть одним глазком. Впрочем, не одним. Усилить его двенадцатикратной оптикой совсем не помешает. Так удастся рассмотреть кое-какие детали. Кто знает, что может пригодиться в будущем.
Ага. А вот и нас заметили. От острова Ша-ли-дао в нашем направлении выдвинулся миноносец. Да резво так, что несёт на носу заметный бурун. Не иначе как выжимает из машин всё возможное. Похоже сработали наблюдательные посты на островах, и по радио сообщили на базу, откуда направили дежурный миноносец. Ну не отряд же истребителей отправлять в погоню за катером.
Драться мне с ним не с руки. Будь море поспокойней, то ещё ладно, можно было бы рассказать самураям, по чём куры в Кабарде. Но при имеющейся качке, даже я нормально отстреляться не смогу. Да и пушечка у нас не приспособлена для морских баталий. Слишком уж медленный у неё снаряд. Всё остальное вооружение скорее уж для удара исподтишка, а не для открытого боя.
У меня ещё будет что им противопоставить. Но сейчас я пока не готов к этому. Да и задача перед нами другая. А потому я лучше дам стрекоча.
Спустившись, приказал ложиться на обратный курс в Артур. В море мы вышли в шесть утра, сейчас десять часов. Если не придётся петлять, то в Артур вернёмся к часу по полудню. Макаров к тому времени уже успеет обежать все корабли и снять с мели «Ретвизан» который словно ожидает его прибытия.
Развили полный ход уходя от погони, и вот тут-то волна весьма жёстко дала понять, что не стоит брать на себя слишком много. В общей сложности нам едва удавалось выдавать тридцать четыре узла, при этом дружно клацая зубами, словно щелкунчики. Снегирёв встал с сиденья и управлял катером стоя, так как сидеть не получалось, эдак ведь и позвоночник рассыплется.
— Невозможно работать, — посетовал вышедший из каюты лейтенант, закрепляя за поручень страховочный пояс.
— Прошу прощения, Андрей Максимович, нас приметили наблюдатели на островах, так что вынуждены спешно уходить. А тут ещё и погода немного испортилась, — пригнувшись и принимая очередную порцию брызг на капюшон, пояснил я.
— И насколько упала скорость? — полюбопытствовал тот.
— Четыре узла недобираем.
— А ведь это даже полноценными тремя балами не назвать.
— Согласен, с мореходностью у нас не очень. Но чего вы хотели от переделки.
— Хотите сказать, что специально спроектированный катер выдаст результат получше?
— Вне всяких сомнений, — убеждённо кивнул я, прикрываясь от очередной порции брызг, и хватаясь за поручень.
Через полчаса я вновь поднялся на парашюте, чтобы убедиться в том, что преследователь окончательно от нас отстал. А вернее повернул обратно. Ну и правильно, чего гоняться за тем, кто заведомо быстрее тебя. Если бы имелась возможность зажать, тогда совсем другое дело. И именно чтобы исключить такую возможность, я и поднялся. А то мало ли с кем японский командир свяжется по радио.
Мы опять снизили скорость до крейсерской и Лазарев смог вернуться к составлению схемы японской временной базы. Я спустился вместе с ним в каюту. С одной стороны, тут тепло, с другой, могу подсказать, если он чего запамятовал. Уж я-то не забуду…
