Строительство канала на перешейке, вероятно, началось весной 67 года, после завершения геологических и топографических исследований и создания необходимой инфраструктуры для осуществления векового проекта[1471]. Самая большая проблема заключалась в обеспечении строительства рабочей силой. Поскольку требовалось огромное количество рабочих рук, о найме местных жителей не могло быть и речи. Но решение проблемы вскоре нашлось на Востоке, а именно в Иудее. В апреле 67-го Нерон отправил туда будущего императора Веспасиана – он был одним из приближенных Нерона в Греции, – чтобы подавить восстание против Рима, которое длилось уже около года[1472]. При поддержке своего сына Тита, который выступил из Египта, Веспасиан с тремя легионами прошел через Галилею, к осени взял этот район под контроль и готовился к наступлению на Иудею. Тем временем тысячи еврейских повстанцев уже попали в плен к римлянам, и этих безымянных людей, ставших рабами, отправили строить канал на перешейке[1473]. Их ожидала ужасная жизнь, в которой падения со строительных лесов, летящие на голову валуны, жара, пыль и прочие невзгоды превратились в обычные будни, не говоря уже обо всем том, что делало существование раба невыносимым[1474]. Примерно с осени 67 года работы на канале шли полным ходом, – они прекратились, когда девять месяцев спустя Нерон погиб.
В XVIII и XIX веках многочисленные путешественники описывали руины великой стройки Нерона. Среди прочего в то время можно было увидеть участок канала длиной около 800 метров, который вел вглубь перешейка из Коринфского залива и заканчивался в месте слияния геологических структур с твердой породой. Строительство современного Коринфского канала в конце XIX века стерло почти все следы стройки времен Нерона. Тем не менее до нас дошли более ранние свидетельства о работах, что опровергает их дилетантский или спонтанный характер[1475].
В то же время источники свидетельствуют о том, что Нерон полностью изменил ландшафт перешейка. Землю прорезали глубокие расщелины, сквозь камень пролегли туннели, отвалы достигли метровой высоты, пришлось переносить древние транспортные пути между Средней Грецией и Пелопоннесом[1476]. Именно полуразрушенное состояние перешейка, в котором он пребывал на протяжении веков, шокировало путешественников, учитывая, что это место считалось священной землей Посейдона[1477]. Поэтому неудивительно, по словам Кассия Диона, что оно взревело, когда Нерон начал резать его лопатой. Благочестивые друзья Греции так не поступают. И именно поэтому, особенно в ретроспективе, проект казался обреченным на провал, святотатством в конце путешествия, целиком и полностью основанным на чрезмерной самоуверенности[1478].
На самом деле сомнительно, чтобы этот проект был осуществим, с учетом современных технических возможностей и огромной потребности в рабочей силе. Во всяком случае, подобных проектов в древности не было. Напоминанием об этой геркулесовой задаче является древний рельеф, который можно увидеть и сегодня: он высечен на частично сохранившейся стене Неронова канала с пелопоннесской стороны. Под плоским треугольным фронтоном видна фигура с согнутой правой рукой, ее левая рука опирается на какой-то длинный предмет, вероятно, дубину. Возможно, на рельефе был изображен Геракл, который тоже был человеком, совершившим великие подвиги: полубог расчистил Авгиевы конюшни с помощью канала, поэтому рельеф имел скрытый смысл. Но, возможно, это сам Нерон в образе Геракла. В таком случае рельеф был создан после отмены проекта как эпилог к его провалу: Нерон, подражатель Геракла, продвинулся всего на несколько сотен метров (рис. 24)[1479].
© William Hammer / Shutterstock.com
