– Ты оказал мне честь, прислав приглашение. Но я не могла бы на такой большой срок оставить все свои дела. Твое путешествие длится уже больше года. И я не хотела оказаться в твоей свите. Я к ней не принадлежу, и мое появление породило бы мерзкие сплетни. – Акте улыбнулась. – Опять же, ты женат. Я была любовницей, и у меня нет желания повторять этот опыт.
Нет желания… Нет желания…
– Нет желания? – Ну вот, я, к своему ужасу, повторил ее слова.
Похоже, перестал себя контролировать. Это, наверное, из-за вина.
– Нет желания оказаться в той же роли, – пояснила Акте и снова улыбнулась. Похоже, ей понравилось, как я среагировал на ее слова. – Это незавидная роль. Но я хотела увидеть заезд с твоим участием. Как ты и написал в своем приглашении, я ведь присутствовала на твоих первых состязаниях, так что было бы уместно, если бы я находилась среди зрителей и на этих, в Греции.
– Как я понимаю, ты видела заезд на десятке лошадей.
– Да. Но для меня это было жуткое зрелище. В какой-то момент я подумала, что проделала весь этот путь только для того, чтобы увидеть, как тебя насмерть затопчут лошади. Я не могу… Не могу выразить словами, какую радость испытала, когда ты смог откатиться в сторону, а потом снова забрался на колесницу. – Акте встала с кушетки, подошла, опустилась передо мной на колени и взяла мои руки в свои. – Ты жив. Я пришла сюда сегодня, чтобы вот так взять тебя за руки, поблагодарить за то, что могу это сделать, за то, что ты уцелел. Мне надо было убедиться, что ты все такой же, как в те времена, когда мы были близки.
Прикосновение ее рук… Я не выдержал, вскочил, поднял ее и притянул к себе:
– Я здесь, вот он я, ничего не изменилось!
Я целовал ее жадно и страстно. Мы стали теми, кем всегда были, а все, что случилось за годы разлуки, все события, все люди – все потускнело и растворилось в ночи.
Она даже не пыталась отстраниться и без колебаний с той же страстью отвечала на мои поцелуи.
И как и в тот, наш первый раз, когда все случилось неожиданно, плавно перешли к постели и целиком, без остатка отдались друг другу.
А потом, истомленные, долго говорили.
Все вопросы, которые когда-то казались очень важными, теперь не имели значения. Я не требовал, не просил ответов, просто дал Акте возможность говорить, чтобы попробовать ее понять. Лежал на спине, смотрел на едва различимый в темноте потолок и слушал.
– С тех пор как мы… расстались, я много раз тебя видела, но ты меня – нет, – сказала Акте и положила голову мне на плечо.
– Я видел тебя на пункте помощи после Великого пожара. Помню, выдавил из себя какие-то глупые слова. Мне было неловко, я чувствовал себя скованно, вообще не знал, что говорю.
– А сейчас, тебе тоже неловко? – Акте прижалась ко мне всем телом.
Я рассмеялся:
– Сейчас нет.
– Я тоже растерялась, – призналась Акте. – Не могла правильно заполнить какие-то формы, плохо соображала…
– С тех пор я тебя не видел. Но один раз мы все же могли встретиться. Это когда Поппея призвала тебя во дворец, зная, что я буду в отъезде. А я действительно хотел тебя поблагодарить за то, что ты предупредила о Сенецио. – Я поцеловал Акте. – Вот, теперь благодарю.
– А я видела тебя еще не раз. Дважды приходила на похороны. Ты прошел в шаге от меня, но не заметил.
– Так ты завела привычку наблюдать за мной из толпы? Ты ведь и здесь этим занималась.
– Это самый безопасный способ тебя увидеть.
– А почему для тебя так важно меня увидеть?
Акте молчала, и я подумал, что она так и не ответит.
Но она прошептала:
– Потому что я тебя люблю.
Это было так неожиданно, что у меня от счастья даже дыхание перехватило. Но Акте, видимо, решила, что я молчу, потому что ей не поверил.
– Когда мы прощались, я сказала, что буду всегда тебя любить. А я не нарушаю данных обещаний. Ты разве не помнишь те мои слова?
– Помню, – ответил я. – Но тогда же ты сказала, что не выйдешь за меня замуж.
– Да, сказала, потому что не могла выйти за того, кто мне лжет, а ты мне лгал.
– Я больше никому не лгу. Мне это не нужно. А тогда я лгал, потому что у меня просто не было выбора. Но это все позади. Это единственное, в чем я перед тобой виноват? Если так, тогда, чтобы наша разлука продолжалась, тебе придется поискать какую-нибудь другую причину.
– Ты забыл, что женат?
– Эта жена не такая, как Поппея. Она не станет враждебно к тебе относиться.
Акте рассмеялась:
– О Луций! Да, ты все еще наивный Луций и совсем не разбираешься в женщинах.
– О, ты назвала меня Луцием, как же приятно это слышать. – Я притянул Акте к себе. – Как бы мы ни хотели себя называть и кем бы мы ни были друг другу, прошу, не оставляй меня снова.
– Но… мои дела в Веллетри.
– Я не говорю, что мы постоянно должны быть вместе. Хочу лишь, чтобы наши души и сердца больше никогда не расставались.
– В то наше первое расставание я пообещала, что никогда тебя не оставлю. И по-своему я всегда была с тобой.
Та ночь казалась такой короткой и такой длинной. Так Зевс превратил одну ночь в три, когда возлежал с Алкменой и зачинал с ней Геркулеса. Даже если бы ночь была длиннее, она не стала бы для меня слишком долгой.
