Был один мужчина, которого я пока еще не отлучила от своего дома. Ненавижу рвать отношения, а этот мужчина был самым привлекательным из всех, с кем я встречалась, после того как переехала в Веллетри. Но я все еще не могла заставить себя сказать «да», то есть держала его рядом и постоянно откладывала принятие решения.
Слуги вернулись после утреннего похода на рынок, а я только закончила подписывать контракты на изготовление и поставку амфор, и тут слуга доложил, что ко мне прибыл гость.
Я никого не ожидала, но мой атриум и комнаты для приемов всегда содержались в идеальном порядке и чистоте.
Я поправила волосы, выпрямилась и сказала:
– Пропусти его.
И в комнату вошел Клавдий Сенецио – человек из моего прошлого. Я так удивилась, что не сразу нашлась что сказать. Когда кто-то внезапно появляется там, где ему совсем не место, это всегда сбивает с толку.
– Я не призрак, – усмехнулся Сенецио. – Хотя вид у тебя такой, будто именно призрак и решил к тебе наведаться. – Он улыбнулся. – Не узнаешь своего старинного любовника?
– Клавдий Сенецио, – сказала я и добавила, давая понять, что пока еще в своем уме: – Да, я не забыла о наших уловках в молодые годы.
Я жестом пригласила его пройти за мной в широкий атриум, а потом в комнату, где принимала клиентов и гостей.
Сенецио прижал ладони к груди:
– О, как ты можешь называть это уловками? Для меня все было по-настоящему.
Он немного постарел, но его темные волосы все еще были густыми, а на загорелом лице играла неискренняя улыбка.
– Так было задумано, – сказала я и указала на кресло, приглашая сесть. – Ведь это было в те времена, когда Нерон еще хотел сохранить в тайне от людей нашу с ним связь. И ты, как его приятель, обеспечил мне право спокойно появляться в его обществе.
Сенецио ведь не мог вообразить, что я испытывала к нему какие-то чувства?
Слуга принес в комнату перламутровый поднос с напитками.
– Хорошие были времена, и я наслаждался своей ролью. – Сенецио взял с подноса бокал. – И вот я снова тебя вижу… – Он огляделся. – Как посмотрю, связь с императором немало поспособствовала твоему нынешнему положению.
Сенецио всегда был язвительным и любил ужалить собеседника, но я не собиралась терпеть даже намек на оскорбление.
– Хочешь сказать, он от меня откупился? Что я извлекла выгоду из наших с ним отношений?
– Ну, ты – вольноотпущенница, а теперь у тебя эта большая вилла, и, как я слышал, керамические мастерские, и еще какие-то дела.
– Некоторые из самых богатых людей империи – вольноотпущенники, – напомнила ему я.
– Особенно бывшие любовницы императора, – заметил он.
– Чего ты хочешь, Сенецио?
Он пожал плечами:
– Просто оказался в этих краях и подумал: не наведаться ли к тебе на правах старого друга?
– Если ты в такой манере говоришь с другими старыми друзьями, сомневаюсь, что они вообще у тебя остались.
– Прости, прошу, не обижайся на меня. С тех давних пор наше положение изменилось. Расскажи, что слышно от императора?
– Ничего. Мы с ним не переписываемся.
– О, какая жалость! – Сенецио пригубил вино. – Знаешь, я очень за него беспокоюсь. Да и другие тоже.
– И чем же вызвано твое беспокойство?
– После Великого пожара… Это бедствие на него повлияло… Он как будто стал другим.
– То есть?
– Трудно сказать. Ты, случаем, не слышала, он лично планирует открывать Мацеллум? Как я понимаю, последствия пожара уже устранили.
– Нет, говорю же тебе, я не знаю, чем он занят и что планирует.
– А Цирк? Ходят слухи, он планирует принять участие в гонках колесниц. Не знаешь, когда они состоятся?
– Ты действительно не понимаешь, что означает «нет»? Я уже сказала, что не переписываюсь с императором.
– Просто беспокоюсь.
– Тогда почему бы тебе не отправиться во дворец и не повидаться с императором? Уверена, допуск во дворец у тебя имеется.
– О да, я ужинал с ним вскоре после Великого пожара. Хозяином выступал Петроний. Все состоялось в лесу. Ну, ты знаешь Петрония! Всегда что-нибудь придумает. В тот раз мы собрались, чтобы воскресить Пана.
– Что ж, значит, ты, в отличие от меня, видел его сравнительно недавно.
– Он располнел, – вдруг решил сообщить мне Сенецио. – И вообще, кажется, неважно выглядит.
– Как я уже говорила, я, в отличие от тебя, уже давно его не видела.
– Правда с ним не видишься? Говорят, он предан своей жене, хотя она та еще сука. Беспринципная авантюристка, каких поискать.
«А ты сам не такой?» – подумала я.
– Я не знаю, чем он занят и как живет.
– Он не может хранить ей верность. В конце концов, он – император и может иметь столько любовниц, сколько пожелает. Она наверняка изводит его своими запросами и капризами. Слышала о ваннах с молоком ослиц?
Но я не проглотила наживку и не стала о ней расспрашивать.
– Я действительно совершенно ничего о нем не знаю. – Я встала. – Была рада с тобой повидаться, Сенецио, но сейчас у меня назначена другая встреча.
И позвонила в колокольчик, чтобы слуга проводил его к выходу.
Никаких других встреч у меня назначено не было, но остаток дня я не могла найти себе места от беспокойства.
