Теперь же он целиком стал рабом своего положения, и из этого рабства нельзя освободиться, оно пожизненное. Императоры не уходят на покой, как философы, с тем чтобы посвятить себя частной жизни. На покой император может уйти только в могилу. И ему повезет, если случится это в преклонном возрасте и по естественным причинам.
Но примеры его предшественников не обнадеживают.
По слухам, это так и не было доказано, Август обрел свою божественность не без помощи Ливии. Тиберия подсадил в лодку Харона Калигула. А сам Калигула был убит на глазах у всех. Клавдий скончался ночью во время пиршества. И мы все знаем, что случилось с Юлием Цезарем.
Если бы я верила в то, что боги добры и беспокоятся о нашем благополучии, я принесла бы им жертвы и молила бы об одном: «Защитите его, защитите его, защитите!»
Но богам нет до нас дела, их не заботят наши нужды. Бесполезно ждать, что кто-то с неба придет к нам на помощь. Мы должны рассчитывать на себя, ничего другого нам не остается.
Стемнело и внутри главного здания разожгли лампы. Поднимающийся над долиной туман скрывал ландшафт. Еще немного – и он поглотит императорскую карету. Дорога до Рима будет долгой. Я поежилась и быстрым шагом вернулась в дом.
Там меня ожидали желающие переговорить работники. Я приняла их по очереди.
Садовник беспокоился из-за пижмы:
– Я перенес ее в дом еще две недели назад, но она все равно чахнет. И это притом что я поливал ее очень аккуратно, следил, чтобы не перепоить.
– У нас остались запасы на клумбах? – спросила я.
– Есть немного. Всегда имеется резерв, который выживает зимой.
– Приглядывай за ним. На ночь прикрывай от холода, тогда, если горшечная пижма погибнет, у нас еще останется та, что растет на клумбах.
Пижма – испытанное средство для прерывания беременности, и на него всегда есть спрос.
Следующей была работница, которую беспокоила белена черная.
– Слишком много цветов, – посетовала она. – У нее все силы уходят на цветение, листьям совсем мало достается.
– Значит, ощипай их, только перчатки надень, – посоветовала я и рассмеялась. – Из белых цветочков получится красивый букет, но помни: если поставишь такой в воду, вода будет отравленной, сливай ее там, где это никому не навредит.
Белена черная заставляет сердце колотиться так часто, что оно в результате не выдерживает.
Следующим был мужчина с жалобой на медуз.
– Одна меня жуть как сильно обожгла.
– Ты, наверное, перчатки надеть забыл.
– Нет, она обожгла сквозь перчатки. – Он показал руку в красных волдырях.
Проблемы, проблемы… В моем ремесле они возникают постоянно, но это было мое любимое дело, и я его ни на какое другое не променяла бы.
Переговорив с работниками, я, уединившись в своем кабинете, взялась за книги с заказами и учетом платежей.
Работа в моей академии никогда не останавливалась. Отравление соперников не зависит от времен года, поэтому я и высаживала растения в горшки внутри дома. И болезни тоже не знают сезонов, так что одна половина моего ремесла была посвящена приготовлению ядов, а вторая – приготовлению целебных снадобий. Причем целебные снадобья постепенно занимали все больше моего времени, и я не исключала, что вскоре их приготовление станет моим основным ремеслом.
При желтом свете лампы я обратила внимание на заказ порошка яда кобры. Это было очень необычно. Присмотрелась внимательнее. Имя заказчика мне было незнакомо, но адрес был римский.
Я вызвала своего секретаря и, когда он явился, спросила, указав на заказ:
– Узнаешь имя?
Секретарь отрицательно покачал головой.
– Мы выполнили заказ?
– Нет, у нас такого яда нет в наличии.
– Ну, это потому, что он не является препаратом первого выбора. Разве только у тебя есть клыки. Если выпить, он безвредный. А чтобы такой яд подействовал, его надо растворить, а потом занести в открытую рану. Хлопотно, в общем.
– Может, он задумал совершить самоубийство?
– Есть более легкие и дешевые способы. Яд в порошке ужасно дорог, этот импортируется из Индии. Тамошние заклинатели змей доят своих кобр. – Меня передернуло, занятие не для слабонервных. – Так что, если у нас и был бы такой яд, заказчик вряд ли смог бы себе его позволить. – Тут у меня в голове промелькнула одна мысль, и я спросила секретаря: – Какие-нибудь запросы, кроме письменных, были?
– С неделю назад появился какой-то человек, задавал расплывчатые вопросы. Я решил, что это, скорее всего, наш потенциальный конкурент, ну и сказал ему, чтобы шел своей дорогой.
– Понятно. В следующий раз докладывай мне о таком сразу.
Нельзя было расслабляться. Я интуитивно чувствовала, как вокруг императора сгущается опасность.
Когда солдат доставил официальное извещение из дворца, я на мгновение поверила в то, что его прислал Нерон. Извещение было в блестящем цилиндре, – такие использовались для личной переписки членов императорской семьи.
Уединившись в своем кабинете, дрожащими пальцами открыла цилиндр и увидела печать.
Да! Он призвал меня к себе.
Но когда я сломала печать и развернула письмо, оказалось, что его написал не он, а
