— Я давала тебе шанс,— выплюнула принцесса. — Эллор мерзавец, но ты собирался пожертвовать мной, чтобы скрыть свою беременную любовницу. Под шум моей свадьбы пихнуть ее в гарем, а после рождения ребенка возвести ее на престол. Знаешь, я была согласна. Но не только ты должен был получить желаемое.
Горящий взгляд принцессы остановился на Хардвине.
— Почему она? — с искренним непониманием спросила Ее Высочество. — Я – лучше, я – Алакри.
— Ты была мне сестрой,— сухо проговорил генерал теней.
— Герцог Чагрис,— позвал Император.
— Мне нечего сказать,— пожал тот плечами. — План был хорош, но арморы подвели.
— Ты сам себя подвел,— покачал головой Император. — Тебе ли не знать, что степные маги не отходят от своих курганов?
— Слишком уж у меня все гладко получалось,— усмехнулся Чагрис. — Возгордился.
Араминта прижалась к Хардвину. Ее преследовало странное ощущение, как будто над ними собирается огромное энергетическое облако. И появилось оно ровно в тот момент, когда Император позвал Артемизию.
— Чем тебе помешали Церау-Эттри? — спросил Хардвин. — Я понял, как и чем ты это сделал. Но не смог понять зачем.
— Они стояли на пути моего отца,— равнодушно ответил Чагрис. — Твой отец был Крылом Небес, а мой же был вынужден довольствоваться званием Второго Сановника. Моему отцу мать с собой дала драгоценную шпильку. Она хотела, чтобы он принес ее в семью. Но дураком Давирен Чагрис никогда не был, а потому припрятал украшение до поры до времени.
Договорив, герцог поднял голову и с прищуром всмотрелся в небо.
— Так вот как выглядит самое могущественное воздействие Алакри,— задумчиво проговорил он. — Интересно.
От его спокойствия по коже Араминты побежали мурашки. Она всмотрелась в коленопреклоненную фигуру Эллора, но не нашла на нем ни единого артефакта. На что он рассчитывает?! Или ему действительно все равно?
— Небесная Кара воздаст вам по заслугам,— выдохнул Император и, воздев руки, прошептал несколько коротких фраз.
Над башней засверкали молнии. Пока что они никуда не били, лишь сплетались в единый комок, исчезая и появляясь.
— Суть Кары в том, что вы выносите ее сами в себе,— спокойный голос Императора перекрывал потусторонний треск и вой ветра. — Ведь в глубине души каждый знает, в чем он нехорош.
— Это верно,— задумчиво проговорил Эллор,— это верно. Ветер!
Он резко подхватился на ноги и, сформировав в руки клинок, бросился на Императора. Вот только меч исчез из его руки, а сам герцог разлетелся кучкой пепла — молнии были в несколько раз быстрей него.
— Надо будет сказать старшей леди Айли, что ее клинок зовут Ветер,— задумчиво прошептал Хардвин. — Хотя полноценную привязку она еще не скоро сможет потянуть.
Удивительно, но больше Небесная Кара больше не отняла ни одной жизни. Хотя несколько молний впитались в тела принцессы и ее матери.
Когда гудение стихло, Император устало вздохнул и коротко проговорил:
— Остаток жизни вы проведете в удаленном поместье. И покинуть его вам не удастся. Мейран!
Араминта на мгновение подумала, что это неизвестное ей заклятье. Но нет — из невидимости выскользнул высокий, подтянутый мужчина. Следом за ним еще несколько. Они подняли принцессу и ее мать, после чего утащили их прочь с башни. Младшая Лоу успела заметить, что Артемизия сильно постарела, как будто кто-то или что-то разом отняли у нее несколько десятков лет жизни.
— Я приказывал тебе не вмешиваться,— негромко бросил Император и посмотрел в глаза генералу,— я был не прав. Мне не пришло в голову, что они не возьмут с арморов клятв. Натащили в столицу паучьих яиц, вывели их и…
Голос правителя сорвался. И Араминта вдруг почувствовала к нему острую жалость. Пусть Артемизия Алакри давно показала свое истинное лицо, но предательство любимой дочери… Такое трудно пережить.
— Ты станешь герцогом, Ралстон,— продолжил меж тем император. — Я пожалую тебе земли Чагриса. И… Я бы не смог, сын. Не смог сделать с тобой
Ралстон лишь поклонился, а после осторожно прижал к себе Белинду. Бывший принц и будущий герцог не представлял, как сложится его жизнь с этой девушкой, но уже чувствовал за нее ответственность.
— Оставьте меня,— приказал Император. — Прочь!
Коротко поклонившись, Хардвин увел Араминту с башни. Ралстон и Белинда спешили следом.
— Ваше Высочество,— позвала вдруг младшая Роуз,— Ваше Высочество, я… Я готова принять на себя откат за разрыв помолвки.
— Я тебе настолько отвратителен? — с горечью спросил бывший принц. — И не называй меня «Ваше Высочество».
— Вы хороший человек,— уверенно ответила Белинда,— но я не хочу быть навязанной женой. Не хочу, чтобы вы меня в итоге возненавидели. Если вы станете герцогом, вам откроются двери…
— Двери, которые ранее передо мной были с шумом закрыты,— хохотнул бывший принц. — Я не воспылал к вам чувствами, Белинда. Но я оценил, что вы не испугались случайной помолвки с отщепенцем и изгоем. Так что быть вам супругой герцога. Только так и никак иначе.
Мягко улыбнувшись, Араминта чуть ускорила шаг, потянув за собой и Хардвина. Младшая Лоу была уверена, что Ралстон обязательно поцелует свою невесту.