- Почему? - не медля спросил он серьезно, тревожась от того, насколько ему интересны эти пустые глупости.
Джокер ненадолго задумался, пристально изучая смуглую руку, украшенную лоснящимися потом буграми мускулатуры.
- Это же ты, Бэт, - лукаво сказал он наконец, пожимая плечами. - У меня просто нет выбора.
Брюс растерянно застыл, услышав в севшем от усталости голосе неприкрытое снисхождение.
Но Джокер, казалось, был серьезен.
- Ты… это, - он мягко повел ладонью, изображая вдруг в лице что-то каменное и обтекаемое одновременно, и герой-жертва задохнулся от возмущения.
- Я тебе покажу “это”! - рыкнул он мрачно, и пленил наглую руку, сжимая ее в своей руке в чем-то неопределенном, но меньше всего напоминающем дружеский или враждебный жест.
Не слишком скрытно пришедший в восторг от новой победы Джокер изобразил зверя, и получил тычок под ребра, все еще пошло измазанные спермой, сразу же стекая в удобное, привычное уже обличье - бледный, холодный, острый, темный, насмешливый мужчина средних лет, таящий скверну тайн и разрушений глубоко и под странными льдами.
- Иногда мне хочется тебя сломать… - безвольно признался засмотревшийся Бэтмен, неохотно выпуская сухие пальцы, не-заслуживающие поцелуев.
Смеха в ответ он не дождался.
- Иногда, - совершенно серьезно и здраво выдал Джокер, нализывая губы своим фирменным жестом, - мне хочется тебя не сломать.
- Не зли меня, Джо-кер.
Джокер только фыркнул. Зря: Брюс почувствовал слабину.
Любое взаимодействие превращалось в противостояние.
- Знаешь, чего бы я хотел еще, Джек? - торопливо зашептал он, справедливо опасаясь, что в сонной атмосфере горчащее эро-представление закончится и непрочная ткань морока постели прорвется, наталкиваясь на непреодолимые шипы реальности.
- Мм. Судя по тону, что-то безумное, - скучающе протянула жертва.
- О, именно, - обрадовался такому специфическому пониманию Бэтмен, вдохнул побольше воздуха, наклонился, только удерживая в цепком кольце пальцев костистую лодыжку - пусть будет ветрилом в его порыве, хоть что-то должно его вести - и широко лизнул клоунский живот, собирая языком вязкое семя.
- ?! - изобразил своим подвижным лицом Джокер, и комично наклонил набок голову: ведет расчет.
Всем самым жарким и провокационным прежде заведовал только он один.
- О, да ладно… - просмеялся Брюс, чувствуя себя то ли злым богом секса, то ли неопытным юнцом. - Не будь таким скромником, меня это пугает.
Но бесстыдного вылизывания не прекратил.
- Ну вот, каннибал, теперь тебе точно нечем меня удивить, - неосторожно восхитился фальшивый скромник, в блеске глаз выдавая свою темную природу: непокорный герой, прекрасный образец нравственности, ест с руки - отличная аналогия, определенно неудачная шутка.
- Да? - улыбнулся Брюс, принимая встречное движение. - Вот как. Обидно, но что поделать… Кстати, не одолжишь мне двадцатку?
Дурные намерения рассеялись без следа, Джокер вскинул брови и одобрительно захихикал, принимая - в свою очередь, но до поры - поражение.
- Вот это эволюция, Бэтси: начинал с детских шуток про бобы, дорос до первых иронических проб!
- У меня отличный учитель, - заворчал Брюс, глубокомысленно хмурясь его улыбке, потому что по-другому не мог. - Первых проб. Настоящий мастер.
- Я еще не сдался, - деловито проинформировал его вышеупомянутый учитель.
- Это вызов?
- Ага-а.
Одолевать его всегда было слишком правильно.
- Ты уверен? - усомнился Брюс, когда перебрасывание вполне весомыми угрозами достигло точки невозврата. - Я уделал бы тебя в три счета. Если бы мне это понадобилось.
Джокер благосклонно изобразил интерес.
- Я не сделаю тебе ничего плохого, мальчик, - провозгласил первый пункт Бэтмен, получая желанный отклик: новый удивленный взгляд, не успевший еще перейти в опасный. - Вот, видишь? - продолжил он, и вдруг подмигнул тем самым - его личным - жестом.
- Ты прав, совсем забыл о твоих способностях к подобным… мимическим экзерсисам, - признал и второй пункт Джокер, пытаясь подавить зевок, рожденный безапелляционной мужской физиологией.
- А вот это настоящий вызов, Нэпьер. Собираешься вздремнуть, пока я тебя тут развлекаю?
- Похоже на то.
- Отлично, - согласился Брюс, ухватился за тощие ноги и развел их в совершенно неприличном жесте, возвышаясь над сопостельником ровно так же, как и пару минут назад, но с одним ужасающим различием погашенного пожара: ужасно, а ужасное Джокеру по вкусу.
Взлетели брови, еще хранящие следы грима, блеснуло медное стекло, опасно искривились шрамы, у его бедерной артерии незамедлительно щелкнуло выкидное лезвие, и провокатор захохотал.
- Ты просто нечто: на тебе нет даже белья, но когти на месте. Не старайся, Джек, я не хотел тебя напугать, - нахально выдал он, втайне сгорая от стыда и восторга: и правда желал бы увидеть истечение своего семени из этого непокорного тела - одна мысль об этом работала как удар йохимбином по крови, рождая настоящее темное цунами похоти. - Где ты всегда прячешь эти чертовы ножи?
Острие уперлось в кожу, ощутимо, но пока бескровно - в глубинах, далеко, но явственно, вспыхнула искра.
