Отсутствие прогресса в устранении врага изводило его, и кто знает, каких успехов тот добился за такое приличное количество времени? Ничего не должно было помешать им сойтись.
- Не достоин? - тягуче переспросил он, крапленый, пытаясь вызвать в себе что-нибудь вроде скромности или совести, пока раздраженный герой возмущенно оберегал перелом его ребра. - Ты большой оригинал, Бэт… Даже зная обо всем, что происходит в твоей голове, я никогда не могу предугадать, что за финт ты выкинешь следом. Можешь гордиться собой.
Ничего не выходило: выбрав стратегией гордо оставить без внимания угрозу своего разоблачения, Бэтмен становился ему помехой.
- Считаешь, что знаешь, о чем я думаю? - удивился Брюс, выпрямляясь. - Опасная самонадеянность, даже для тебя, особенно для тебя. Люди будут тебя еще удивлять… - он вдруг снова оказался слишком близко, вплел свои совершенные пальцы в нелепые зеленые волосы в псевдо-агрессивном порыве - словно хотел отодрать придурка еще раз, сейчас же, немедленно; перетек на бок, мощный, чтобы снизить резкость, и левый фланк его пресса сжался, мускульный, словно под кожей твердела гигантская драконья чешуя. - Это не шутка, Джек. Хочу забрать те слова.
Время для осторожных расчетов было неподходящее, но Джокер все равно выпал, бережно осматривая новую информацию.
- Почему? - на самом деле удивленно вопросил он, наклоняя голову.
- Ты неплохо прочищаешь мозги, - честно ответил Брюс, хотя мог бы отговориться официальной правдой чистоты помыслов и поступков, которую соблюдал. - Решил попробовать твою терапию.
Собственный голос, грязно оскорбляющий тонкую материю их отношений, не стихал.
“Раздвинь ножки… Открой ротик…”
- Аддералл или велбутрин в зависимости от ситуации и обязательные пиздюли налево-направо? - быстро уточнил Джокер пытаясь скривиться, но не смог приладить на себя настоящего - никакого, пустого и примитивного - подходящую маску.
От него только отмахнулись.
- Так почему? - наконец снова спросил он через паузу слишком открыто, не умея вдруг паясничать, ненавидя кривляния так же страстно, как прежде обожал, когда они укрывали его от липкой белой блевотины взглядов, таясь и хищно оглядывая атлетичное геройское тело как важнейший трофей этого темного города, даже не подозревая о иных сферах, помимо желанных, в которые был вдруг допущен. - Что-то изменилось?
Брюс неожиданно горестно вздохнул.
По его гладкому, мощному бедру обильно стекал пот.
- Разглядел твою шикарную задницу, - отшутился он, не решаясь отвлечься от осмотра перелома, и снова прикоснуться к голому плечу, отмеченному госсистемой, неряшливым кудрям, мутной капле семени у темного соска, не попавшей под учет ни придирчивого уборщика, ни ее удивительного источника.
Но в результате сдался, протяжно смазывая ее большим пальцем.
- Самая плоская шутка, Уэйн. Удивительно, - сдался дознаватель, и покосился в настенное зеркало, видимое в дверном проеме ванной, отразившее взмокшего придурка - привычное мясо, привычные кости - обычное дело, ничего особенного - не сочится тьма, не лезет черная гниль из глаз, не хлещет кровь из рваного рта. - Зря, что-ли, похвалил, мм?
Однако одно точно выглядело превосходно: яркие следы поцелуев, подсыхающая пленка похоти, блеск чужого пота… Смуглые руки, аккуратно ощупывающие красное пятно ушедшей навсегда ночи.
- Шутками тут заведуешь ты, Нэпьер, - привлек его обратно в реальность Брюс, любуясь схожестью белого цвета бинтов и влажной кожи. - Не двигайся, дай я проверю…
- Желаю помериться с тобой. Шутками, - объявил экстренно пришедший в приподнятое настроение несносный злодей, намеренно ерзая. - Мне кажется, выиграю, мм? Вот так, - он сложил пальцы пистолетом и красноречиво указал на длину между кончиком большого и крайней точкой указательного. - Жаль, нет ничего под рукой оригинального размера. А, нет, погоди секунду…
С длиной его пальцев выглядело еще пошлее.
Но можно было надеяться на…
- Сегодня пир, а завтра пост? - прохихикал подлец, и надеяться стало не на что. - Сороковник на двоих, столько лун спустя!
- О, заткнись, хватит сальничать…
Джокер снова оскалился, самодовольный - почему нет? Пребывал на вершине.
- Ах, я теряю свои прекрасные волосы! - печально воскликнул он, потрясая своими ужасными патлами, и вызывая снисходительную улыбку - неплохо, но могло быть лучше, и он поднажал, властно желая размягчить твердую линию геройской спины. - Не хотелось бы выглядеть через пару лет, как Джек Николсон. Если доживу, конечно.
Вот теперь эффект был пристойный: мрачный темный рыцарь наконец засмеялся, выскальзывая из то ли раздраженной, то ли меланхолической задумчивости.
- Боже, ты хоть знаешь, как он выглядит, умник? - просмеялся он, и простая, но нестандартная для него, даже несколько мальчишеская улыбка осветила его лицо, чудовищно четко выделила затертые его обычной хмурью мимические морщины. - А, опять чертов Татлер. Тебе это не грозит.
