Неуловимая подача полностью

Кеннеди:Я с этим разобралась. Я много лет общаюсь с твоим братцем. Когда дело доходит до Исайи Родеза, мне больше всего нравится его усмирять.

Я: Получи от этого удовольствие.

Кеннеди: Я всегда так поступаю.

А вот и ответ Монти.

Монти: Почему ты спрашиваешь?

Я: Странный ответ. Она с тобой?

Монти: Какие у тебя намерения в отношении моей дочери?

Окей, Миллер точно с ним. Схватив ключи, я выхожу из номера и направляюсь к нему.

Я: Эта твоя новая фишка со сверхзаботливым отцом не прокатит. Она живет в фургоне, и тебя это устраивает. Она по работе разъезжает одна по всей стране. Когда дело касается ее, мои намерения ни в коем случае не являются для тебя самой большой проблемой.

Монти:Я задал простой вопрос. Эйс, ты просто защищаешься. Однажды я уже застукал тебя с ней в постели. Что еще мне следует знать?

Черт возьми.

Пройдя несколько поворотов по коридору на нашем этаже, я нахожу комнату Монти и стучу.

– Да? – спрашивает он, слегка приоткрыв дверь.

– Миллер здесь?

– Ты ничего не хочешь мне сказать?

– Папа, прекрати, – ругается на заднем плане Миллер. Взявшись за ручку двери, она открывает ее полностью, являя свои красивые темные волосы и оливково-зеленый комбинезон. – Он весь день такой.

– Это потому, что вы двое ведете себя как незнакомцы. Что-то явно случилось.

Ну… черт.

Миллер игнорирует его, ее взгляд скользит по моей одежде: я полностью одет и готов покинуть отель.

– Что случилось? Нужна помощь с Максом?

– Нет, он сегодня с Исайей, но я хотел спросить… – Мой взгляд скользит в сторону Монти, который стоит позади своей дочери, скрестив крупные руки на груди. Он показывает двумя пальцами на свои глаза, а потом переводит их на меня, давая понять, что наблюдает за мной. – Черт, может, остановишься? Монти, ты ведешь себя странно.

Миллер резко оборачивается, но ее отец делает вид, что все в порядке.

– Понятия не имею, о чем он говорит.

Я закатываю глаза, переводя их на татуированную красотку.

– Я хотел спросить, не хочешь ли ты пойти со мной кое-куда.

– Куда?

– А вот это сюрприз.

Ее зеленые глаза сверкают.

– Папочка-бейсболист, ты предлагаешь мне немного повеселиться?

– Что-то в этом роде.

Миллер поворачивается к отцу.

– Ты не возражаешь?

– К комендантскому часу привезешь ее обратно.

Ее глаза сужаются.

– В каком гребаном мире у меня может быть комендантский час? Я не спрашивала разрешения. Перестань чудить. Я просто спросила, не возражаешь ли ты, если я не буду досматривать наш фильм.

– Ровно в девять вечера, – это единственный ответ Монти.

Мы оба устали от него.

– Уже половина десятого.

Схватив с дивана свою джинсовую куртку, Миллер похлопывает отца по руке.

– Тебе, наверное, в следующий раз стоит это отрепетировать. Уверена, у тебя получится куда лучше.

На лице у него наконец появляется обычная улыбка, которой он улыбается своей дочери.

– Всегда хотел сыграть властного папашу, следящего за тем, как его дочь уходит на свидание. Что бы такое сделать, чтобы в следующий раз получилось более правдоподобно?

– Не знаю, такого у меня никогда не было. – Выходя из гостиничного номера, она быстро машет отцу рукой. – Увидимся завтра.

– Люблю тебя, Милли.

– Люблю тебя.

Мы вместе идем к лифту.

– Чего никогда не было? – спрашиваю я. – Властного папаши или свидания?

– Ни того ни другого. – Она останавливается как вкопанная, поворачиваясь ко мне лицом. – Это ведь не свидание, верно?

– О, я знаю тебя гораздо лучше, чем ты думаешь. Я бы не осмелился пригласить тебя на свидание. Это слишком большая ответственность для тебя, Монтгомери.

Когда наше такси высаживает нас в северной части Бостона, моя рука тут же оказывается на пояснице Миллер, подталкивая ее к оживленному зданию. Я бы предпочел взять ее за руку, переплести наши пальцы, но мне приходится не торопиться, чтобы она не слишком задумывалась обо всем этом.

Очередь тянется на улицу и заворачивает за угол. Мы добираемся до нее, становимся в конец, и Миллер принимается не спеша осматривать здания из красного кирпича, пытаясь понять, где мы находимся.

Очевидно, что это бостонская версия Маленькой Италии с их итальянскими флагами и гирляндами, развешанными вдоль мощеной дороги от здания к зданию. Через дорогу есть еще одна пекарня, в которой так же оживленно, как и в этой, но Рио сказал, что у них есть только канноли[58] и что мне лучше привезти Миллер сюда.