А дальше просто. Новогодняя магия, наверное. Встретились почти перед самым Новым годом. Декабрь их походил на какой-то адвент-календарь. Каждый день – словно с кармашком, а в нем как будто маленький подарочек: прогулка по заснеженному парку, латте карамельный, цветочек, с работы встретить и пройти по улице с фонариками. Аня уже и не думала, что ее кто-то за руку подержать может, а тут такое. И главное, кто бы мог подумать – простой водила, шоферюга, и столько романтики. Отмечали вместе. Ничего не загадывали, просто чтобы год был… ну чтобы не одной и не одному его прожить, а там посмотрят.
Аня теперь, когда видит, что двое взрослых людей идут по улице и держатся за руки, всегда думает, что эти ребята точно совсем недавно познакомились. Словно, если руки разнимут, их в разные стороны тут же и разнесет. Люди, которые сто лет живут вместе, они и гулять-то вряд ли ходят. Держитесь за руки. Рука сухая и теплая, и все еще возможно. А если что важное и было потеряно, и эта потеря казалась нам смертью, то все равно она оставила нас живыми, пусть даже с дырой в сердце размером в двадцать лет или в двадцать три года.
Кира не знала, какая там в мире и в стране статистика разводов. С некоторых пор она вела свою собственную. Пока выходило примерно 2 к 15, то есть в двух знакомых семьях из пятнадцати все нормально, а в остальных приключилась какая-то херня по мужской линии. Не исключено, что там неладно было и по женской линии тоже, но Кира знала истории этих семей только с одной стороны, женской. Кира знала о том, что у конфликта и любой сложной истории всегда есть две стороны и две правды. Но к чужому мужу не полезешь с вопросом: «Почему так?», особенно если вы не знакомы.
Херня по мужской линии была разной, прямо скажем, широкий был ассортимент.
У одной Кириной знакомой муж, когда начались между ними терки, сказал: «Я же музыкант, я сразу тебя предупредил, что денег у меня не будет. Ты знала, за кого замуж выходила. Я ничего не обещал».
Другая ее знакомая сказала, что муж набрал кредитов, и их общую единственную квартиру пришлось продать, чтобы рассчитаться с коллекторами.
Еще одна знакомая сказала, что ее муж тоже набрал кредитов и теперь заставляет решить эти его проблемы, продав ее квартиру. О том, что у нее еще двое детей от первого брака, и это вообще-то их «приданое», слушать не желает.
У бывшей коллеги муж ушел из семьи, потому что устал. Вот просто устал, ни баба там, ни поздняя любовь. «От чего ты устал, Вася? Ходить на работу?»
У еще одной близкой знакомой муж много лет вел параллельный слалом – жил на две семьи, причем сын той женщины учился вместе с его сыном, и он изо всех сих решил их подружить. Дети, особенно мальчик «параллельной» женщины, тихо ненавидели друг друга и даже иногда дрались, но он верил, что они поладят. Господи, какое Ты допускаешь буэ. Знакомая узнала об этом, как в кино: случайно увидела сообщение от «той бабы» в брошенном где попало телефоне.
Была у Киры еще одна знакомая, глубоко верующий и воцерковленный человек. Кире стало грустно от того, что ее статистика пока только в пользу разводов. И она решила написать ей. Уж у нее-то, подумала Кира, в семье патриархат, трое детей, душа и скрепность, поэтому все там должно быть нормально. Разводиться Бога убоятся, если что. Спрошу, решила Кира, порадуюсь, что у кого-то все хорошо.
– Что ты имеешь в виду? – спросила скрепная знакомая, когда Кира задала вопрос «Как в семье?» – Ну, дети руки-ноги тут что-то взялись ломать. А так все норм.
– А муж?
– А что муж? Второй год живет отдельно. Перевелся в фирму друга, чтобы зп в серую получать и алиментов платить поменьше. Дети ходят в гости, говорят, что у него там то тетя Лариса, то тетя Света живет.
Порадовалась, называется.
Была у Киры знакомая, которая психолог. Там тоже была херня по мужской линии. Ее муж считал, что она много работает, мало уделяет ему внимания, все ее успехи – так себе достижения. А вот почморить всегда пожалуйста – дети заброшены, хата неубрана, чужие проблемы тебя больше волнуют. То, что за эти чужие проблемы хорошо платят, и они на эти деньги вообще-то живут, и довольно неплохо, это вопрос несущественный.
Кира спросила у нее: «Почему так?» Она же психолог, уж она-то должна знать, что надо делать с абьюзерами. Она ответила, что у них маленькая дочь, она не хочет, чтобы та росла без отца. А как отец он очень хороший.
Кира спросила у нее «Почему так?» еще и в том смысле, почему сорокалетние мужики ведут себя как малые детишки: играют в «сама виновата», «я в домике», «я устал, я ухожу». И, в общем-то, становятся свободными людьми, что даже завидно. Женщинам век такой воли не видать – это от мужа уйти можно, от собственных детей куда уйдешь.
Знакомая ответила:
