Я дико проголодалась — и сейчас уплетаю за обе щёки всё, до чего могу дотянуться, ни капли не беспокоясь о совместимости продуктов. Сочетать несочетаемое оказалось даже вкуснее. Запиваю кусочек булки с ванильным кремом кислым яблочным соком и чуть не давлюсь, наблюдая, как пальцы Германа бьют по клавиатуре и запускают сайт Госуслуг.
— Ты серьёзно? — прыскаю от смеха, промокнув губы салфеткой.
— Более чем, — невозмутимо отзывается он, внимательно заполняя графы. — Подадим заявление онлайн. Выбирай дату! — поворачивает ко мне экран. — Только ближайшую! Торжество мы можем провести в любой день, который ты назначишь, но расписаться должны как можно быстрее, — важно командует, вызывая у меня улыбку.
Неловко путаясь в постельном бельё, я подбираюсь и обнимаю Германа со спины. Тянусь к нему, чтобы легко чмокнуть в щеку, но он неожиданно разворачивается и берет в плен мои губы. Стиснув пальцами подбородок, целует меня жадно, глубоко, страстно.
Успеваю сделать лишь один вдох с запахом любимого мужчины. Задерживаю в парализованных легких. Все внутри трепетно сжимается, сердце замирает, притаившись и боясь разорваться от чувств.
Дышу им, а не кислородом.
Я отвыкла от Деминского напора, ведь при родственницах он держал себя в руках и был настоящим джентльменом. А сейчас.… на меня напал дикарь. Подчиняюсь его воле. И вот уже сама впиваюсь в терзающие меня губы, обвиваю руками мощную шею, прижимаюсь вплотную к каменной груди, где бешено барахтается суровое мужское сердце.
— Число, — жарко дышит мне в рот. Не сразу понимаю, о чём он.
— Семь, — инстинктивно отвечаю. — Моё счастливое…
— Теперь и моё тоже, — хмыкает Герман, отрывается от меня и вбивает дату в заявление.
— Эм-м-м, — растерянно тяну, медленно остывая, и кружу глазами по ноутбуку. — Все?
— Почти. Нужно ещё твоё официальное согласие, — уточняет он как бы невзначай и настороженно косится на меня, выгнув бровь. На дне его зрачков плещется безумный коктейль эмоций.
Ставлю на кровать поднос с нарезанными фруктами, а сама, как кошка, подбираюсь ближе к Герману и, умостившись поудобнее, ложусь головой на его бедро.
— Заполняй сам, — лениво отмахиваюсь. — Я буду лежать и контролировать.
— Как скажешь, моя хозяйка, — улыбается он, возвращаясь к своему архиважному занятию. Спешит присвоить меня по закону.
Правой рукой дальше набирает текст, словно это не он пожирал меня секунду назад, а левой — зарывается в мои волосы, массируя макушку.
— М-м-м-м, — не сдерживаю довольного тихого стона.
Я прикрываю глаза, млею и чуть не мурлычу от его ласки.
Какая из меня хозяйка? Я покорно лежу у ног мужчины, наслаждаюсь его прикосновениями и просто хочу быть любимой.
— Помнишь, раньше мы так же проводили выходные в постели, разговаривали, смотрели фильмы… — шепчу, не поднимая ресниц. Ностальгия накатывает внезапно, волнами захлестывает сознание и тащит меня на дно воспоминаний, где мы были по-настоящему счастливы. — Нам было так хорошо вместе….
— Будет ещё лучше, — чеканит Герман в такт ударам компьютерных клавиш. И я ему верю.
Рвано вздыхаю, провожу виском по натянутой ткани его штанов, украдкой вытирая непрошеную слезу. Я растрогалась, думая о нас прежних… Неужели и правда получится возродиться?
— А ты ужинал? — уточняю с заботой.
Потянувшись за апельсином, одну дольку я бросаю себе в рот, морщась от кисло-сладкого сока, а вторую подношу к его губам. Он проглатывает ее целиком, облизывает мои пальцы, а после — целует ладонь, словно в благодарность. Не отводит сосредоточенного взгляда от экрана.
— Так, готово, — шумно выдает Герман, будто всё это время не дышал. Захлопывает крышку ноутбука и наконец-то обращает всё своё внимание на меня. — Ну что, Амина Демина, назад пути нет.
— С тобой — куда угодно, — выпаливаю искренне. — Герман, я очень скучала по нам, — шепчу, смотря на него снизу вверх. Мягко улыбаюсь, когда наклоняется к моему лицу и заключает его в горячие ладони.
— Я на стену лез без тебя, — хрипло говорит, покрывая поцелуями лоб и щеки. — Раньше я и представить не мог, что на свете есть такая женщина, которая способна подсадить меня на крючок. Но ты.… - проводит большим пальцем по губам, — особенная.
— Обычная, — пожимаю плечами, краснея от его комплиментов.
— Моя любимая.
Целует меня, ласкает всё откровеннее — и подминает под себя.
Я в его власти. Телом и душой.
Фрукты слетают на пол, тележка со скрипом отъезжает к стене, когда я случайно упираюсь в нее ногой, паспорта прилипают к обнаженной спине и вместе со мной вдавливаются в матрас. Запустив руку мне под поясницу, Герман находит несчастные документы и отбрасывает на тумбочку. Они нам ещё пригодятся в ЗАГСе, иначе он наплевал бы на всё.
Мои губы горят от поцелуев, дыхание рвется, стоны непроизвольно вылетают из груди.
Мы вдвоем погружаемся в хаос, но в этом хаосе Герман не срывается, а держит в узде свою животную страсть. Сегодня он нежен и осторожен как никогда.
— Я скучала, — постанываю в его алчный рот. Оставляю царапины на плечах, кусаюсь. — Я так люблю тебя. До безумия. Так люблю, Герман, — на имени срываюсь в крик.
