Николас пожелал гостям спокойной ночи и повел их вверх по лестнице.
Айрис выпрямилась, поднявшись над ним, и двигала бедрами, слегка меняя положение, пока он не заполнил ее целиком. От сладкого трепета, рождавшегося внутри, она слегка покачивалась в полузабытьи наслаждения.
– Иди сюда, – позвал Николас и, потянув ее вниз, взял в рот ее сосок.
Новые ощущения пронзили Айрис, усиливая трепет внизу живота. Она почувствовала, что впадает в неистовство от удовольствия и с нетерпением ждет сокрушительного оргазма – такого же, какой испытала сегодня днем.
Продолжая посасывать и покусывать ее грудь, Николас сунул руку между ними и надавил на самую чувствительную точку ее тела. Айрис в считаные мгновения потеряла контроль над собой и перешла черту. Удовольствие взорвалось искрами и растеклось по венам, и она в изнеможении рухнула на него.
Сквозь полузабытье она ощущала, как его руки гладят ее по спине, а губы нежко касаются щеки. Потом он взял ее за бедра и начал двигаться в ней. Айрис ахнула от того, как быстро вернулось ее собственное возбуждение и до каких немыслимых пределов оно усилилось. Но теперь оно сфокусировалось в том месте, где они соединялись. Ее дрожь превратилась в требовательную боль и неистовые огтолоски оргазма, словно тело беззвучно молило о повторении.
И вот она снова достигла высшей точки. Никогда еще она не испытывала такого мощного наслаждения, а Николас все продолжал делать толчки, удерживая ее в таком неистовстве, что у нее перехватило дыхание.
Айрис лежала на нем, пока не пришла в себя. Они не размыкали объятий, слившись в одно целое телом и разумом, наслаждаясь покоем после бури.
– Оказывается, тетушкина мысль устроить здесь праздник была отличной идеей, – наконец заговорил он.
– Спасибо.
Он приподнял ее за плечи и заглянул в глаза.
– Ты хочешь сказать, что внушила тетушке эту мысль в надежде остаться наедине со мной?
– Не по этой причине, конечно, но такая возможность от меня не укрылась.
– Признаюсь, готовиться к празднику стало значительно проще, как только я тоже осознал эту возможность. Хотя, конечно, ты могла бы просто остаться у меня после работы в библиотеке, и мы приятно провели бы время, не беспокоясь обо всех этих гостях.
– Так вот почему ты попросил меня провести оценку книг? Тоже из-за возможностей?
Он ухмыльнулся:
– Это приходило мне в голову.
Она скатилась на постель и прижалась к его боку. Николас обнял ее одной рукой. Как сладко было лежать вот так. Как уютно, спокойно и безопасно. Айрис понимала, что утоленное желание создает между людьми некую близость, но на этот раз все ощущалось как-то иначе. Она не осмеливалась задуматься, в чем причина. Острота собственных чувств пугала ее.
Она повернула голову, чтобы видеть его профиль. Сердце почему-то вдруг сжалось от сладкой боли.
– Значит, ты решил, что мы с тобой не враги? – спросила Айрис.
– Я никогда не видел в тебе врага. Источник досады – да. Ящик Пандоры, полный неприятностей, – да. Безрассудный и крайне желанный. Но никак не врага. – Он повернулся на бок, так что они оказались лицом друг к другу. – Но все же…
Айрис ждала этого. Он не был бы Холлинбургом, если бы не попытался.
– Предположим, ты права насчет всей этой истории, и мы найдем Псалтырь. Что тогда? Время прошло, умерли замешанные в скандале люди. Как ты собираешься исправить нанесенный ущерб? Ты же не будешь давать объявление в «Таймс»?
Последнее он сказал в шутку, но она не рассмеялась.
– Я расскажу о том, что было на самом деле, любому, кто порочит мое имя или имя моего дедушки. И направлю их к тебе, чтобы ты подтвердил мои слова.
Теперь уже ему было не до смеха. Даже улыбка исчезла.
– Если правда на твоей стороне, то в чем же может быть причина? Мне ничего не приходит в голову.
– Мне тоже. И все же твой дядя что-то знал. И поэтому оставил мне наследство.
– Если он рассматривал наследство как компенсацию за причиненное твоей семье зло, то разве ее недостаточно?
Айрис не знала, что ему ответить. Она отправилась в свой маленький крестовый поход, полная праведного гнева. Наследство сильно притупило ее ярость. Возможно, так и было задумано.
– Я не хочу, чтобы тень прошлого ложилась на настоящее, – тихо сказал Николас и поцеловал ее в щеку. – Давай покончим со всеми спорами.
Его ласковые слова звучали как предложение. Предложение нежности без всяких преград. Сердце Айрис сжалось от тоски. Она поцеловала его, потому что ей было нечего сказать.
– Тебе, наверное, пора идти, – промолвила она через некоторое время. – Завтра мы должны выехать пораньше, ведь после обеда прибудет мисс Пейджет, и ты должен быть здесь, чтобы встретить ее.
Возле ее уха раздался тяжелый вздох.
– Значит, ты уже слышала?
– Твоя тетя Долорес позаботилась о том, чтобы эта новость не обошла меня стороной. Я думаю, она что-то подозревает.
– Если уж кто-то мог нас заметить, то это, без сомнения, Долорес.
Айрис не ожидала, что он не проявит никакого интереса к мисс Пейджет, и поэтому совсем не расстроилась. Герцог должен был жениться именно на такой девушке, знатной и богатой.
